Разум или чувства. Sense or Sensibility

Нашу дружбу, которая переросла в более личные отношения, теперь очень сложно поддерживать на том же уровне, как пару месяцев назад. Да, мы общаемся, если сталкиваемся в лицее. И спектр тем восхитительно широк: учёба, учёба и… кажется, всё.

У каждого своя жизнь. Вот только ему, похоже, совершенно не интересно, чем я занимаю себя, а мне, наоборот, очень важно быть в курсе всех его дел, знать, кого он фотографирует, с кем проводит время, кого, кроме меня, считает красивой, и с кем планирует поехать в свой Лос-Анджелес.

Наверняка уже есть кандидатуры, ведь такие, как он, не бывают одиноки. Не сомневаюсь в правоте Ребекки: моё место непременно кто-то займёт. Только мне какое дело? Я ведь сама освободила его.

Глупо быть с человеком из ревности, но ещё глупее ревновать того, с кем решила прекратить отношения. Но моя проблема в том, что я теперь всё больше сомневаюсь. Не в Лондоне и не в маркетинге, нет. С этими планами всё как-то непоколебимо определённо. Дэни умеет убеждать, а у меня больше нет никакого желания мучиться выбором.

Меня беспокоит совершенно глупый и неактуальный вопрос: что было бы с нашими отношениями, если бы я не поехала в Москву? Мы с Бертрамом были бы сейчас вместе? Почему-то от этой мысли мне становится грустно, и я не могу сказать, что нынешний расклад событий устраивает меня больше, чем эта утраченная возможность.

Когда чистое чувство искажается интеллектом, получается… Да, наши отношения!.. Слишком много думала о них, слишком много говорила и слишком мало чувствовала.

Впрочем, уже поздно. Некогда разбираться в том, что уже невозможно исправить…

До первого экзамена чуть больше месяца, и настала пора понять то, чего так старательно избегала. Не себя – математику. Может, хотя бы с этими задачами справлюсь?

Странно, но после продажи блога у меня не прибавилось свободного времени. Наоборот, кажется, я теперь во много раз более занятая, чем во время Недели моды.

Что делаю? Пытаюсь учиться, но приходится отвлекаться на неотложные дела. К примеру, ежедневные обеды-ужины с Ребеккой, необходимые нам обеим, как воздух. Одиночество так сдавливает грудь, что новый вдох порой трудно сделать без поддержки.

Ребекка рассталась с Микки, и потому мы с ней на одной волне подавленности. Она не укоряет меня за разрыв с Бертрамом и даже пригласила переехать к ней жить, чтобы вместе праздновать свободу и веселиться.