Смертельная белизна

 – И любопытно было бы посмотреть на кальмара, который с ним справился…

Его помощник не очень довольно пожал плечами:

– Нет, Марк, ты все-таки думаешь о чем-то другом.

Смертельная белизна

Ночь – не самое благоприятное время для передвижения в океане на таком как у них судне, поэтому Таккерт решил двигаться дальше завтра. И первым делом – подойти к военному кораблю, который полностью дозаправит их топливом.

Но заступивший на ночную вахту задира решил по-своему. С рассветом, когда все еще будут спать, он сам поведет корабль по отмеченным в журнале координатам.

Это хорошая возможность попрактиковаться. Потом – пусть злятся и кричат. Всегда приятно наблюдать, как люди все равно отступают перед его хладнокровием. И этот чудак-профессор – прежде всего.

Поэтому, лишь только предутренняя мгла начала отступать, он запустил нешумный двигатель и встал у штурвала.

До военного судна, он рассчитал, чуть более часа пути. Значит, народ еще не успеет проснуться к тому времени. Очень интересно, сумеет ли он точно выйти по указанным координатам?

Меньше чем через час юноша почти возликовал от радости – в светлом уже предутреннем океане прямо по курсу завиднелся корабль.

Вот это здорово! Теперь до него каких-нибудь пятнадцать минут ходу…

Корабль оказался так себе: повыше бортами, а по размерам – немногим больше, чем их собственный.

Когда оставались какие-то триста футов, на палубе военного корабля показался матрос и помахал приветственно руками. А когда расстояние сократилось вдвое, он, уже очень отчетливо видимый, сделал знак швартоваться к их ближнему борту.

Задира чуть растерялся, потому что ни разу еще не швартовался, тем более не только к пристани, а прямо вот так, в океане.

Но тут же, сбавив ход до самого малого, решил, что все равно попробует. И, развернув штурвал для движения по касательной, вышел на палубу, чтобы приготовить швартовый конец.

Он уже нагнулся к сложенному восьмеркой канату, но все вдруг резко приподнялось, а борт, у которого он находился, дал резкий крен вверх.

Задира, потеряв равновесие, плюхнулся на спину, больно ударившись обо что-то плечом.

– Что, черт возьми, такое?! – успел он произнести, но тут же почувствовал, что палуба возвратилась в прежнее правильное положение.

Поднявшись на ноги, он снова пришел в крайнее недоумение.

Казалось, ударившая в их кораблик волна приподняла его и держит, потому что конец мачты военных очутился вдруг на одном с его глазами уровне.