Война на восходе

Следом подоспел Теодор, но Вик остановил его:

– Нет, еще нельзя, Тео!

Однако ярость была столь сильна, что Теодора ничто не могло успокоить.

– Я УБЬЮ ТЕБЯ! УБЬЮ, УРОД, СЛЫШАЛ? Я УБЬЮ ТЕБЯ!

Мужчина хрипло рассмеялся и тут же застонал, схватившись за плечо, в котором торчал нож Вика. Человек скорчился на земле, дергая босыми грязными ногами. Одежда невыносимо воняет, порвана и заляпана чем-то бурым. Кровь? Змеевик склонился, схватил мужчину за шиворот и заорал:

– Где она?!

Беглец повернулся к Вику лицом – и Тео отшатнулся.

Нечто подобное он видел, когда бежал через Ноктумгард, – лица, бывшие когда-то человеческими. Теперь – нет. Это лицо принадлежало монстру.

Налитые красным глаза уставились на Вика, губы растянулись в злой улыбке.

– Боишьс-с-ся?

– Это была твоя тень! – заорал Тео. – Ты убил мою маму!

Монстр перевел безумный взгляд на Теодора и рассмеялся.

– Тео, да? Тот самый… Она ждала тебя… Звала в бреду… Тебя и его… Обоих… Ждала, что ты придешь за ней… Заберешь… Но ты не пришел.

Откуда тебе догадаться, где она?

– Я нашел ее! Нашел!

– Наш-ш-шел, – прошипел монстр, – но поздно.

– Я убью тебя!

– Давай, – кивнул тот, – давай, малыш. Убей меня. Ну же, никчемный сосунок. Твоя мамаша свихнулась еще при жизни, пытаясь выносить ребенка. Безуспеш-ш-но. Вернулась, чтобы обзавестись семьей. Женщины – дуры, что ни говори. Из могилы встанут, лишь бы кого-то понянчить! И до чего это ее довело?

– Не смей так говорить о моей матери!

Теодор зашипел и рванулся к монстру с ножом, но Змеевик его удержал.

Парень постоянно оглядывался, всматривался в деревья – тени не было.

– Я уко-кош-ш-шил ее, да! Как и хотел – чтобы она мучилась, зараза! Чтобы сдохла, как я, в навозе, в хлеву, среди дерьма! Так ей и надо! И толку, что ты приперся, когда она уже мертва?! Дур-р-рак!

Мужчина вновь расхохотался, но тут же застонал – Теодор поставил ногу ему на грудь и надавил.

– Убей меня, да, убей… А потом я тебя найду. Ты же не Охотник.

– Верно, – проговорил Змеевик.

 – Он не Охотник. А вот я – да.

Мужчина уставился на Вика и часто задышал.

– Вреш-ш-шь.

– Ты больше не вернешься, чтобы мстить людям. Я убью тебя. Мы убьем.

В глазах монстра мелькнул страх, тут же сменившийся лютой злобой:

– Дур-р-рень. Любишь людишек, да? Сдохнуть ради них готов? Защитничек. Сдохнут скоро твои люди! Все!

– Что?

Вик убрал меч, схватил пленника за грудки и встряхнул.

– Говори!

Мужчина зашелся воем.