Война на восходе

Кружки, покрытые испариной, с пеной на ободке, Кобзарь отодвинул в сторонку. Он осуждающе скривил губы, глядя, как посетитель за соседним столом опрокинул в глотку пол-литра махом.

– Кружки зачем? – спросил бледный.

– В этих местах так положено, а я боюсь вызвать подозрение! – шепнул Глашатай. Так, словно на него и не таращился весь зал и люди на лестнице, ведущей на второй этаж, в придачу.

– Итак, игра! – Кобзарь хлопнул в ладоши. – Наконец-то сыграю и я!

– Твоя ставка?

Кобзарь достал из широкого рукава свиток и положил его перед противником.

Слепой повернул голову, ориентируясь на шорох. Одной рукой потянулся к бумаге, другой – к вороту, чтобы приоткрыть шрамы.

– Сто-о-оп, стоп! Ты так все увидишь даже не разворачивая свитка… Ты же смотришь насквозь!

– Что это?

– Карта.

– Та самая?

– Разумеется! Я что, когда-нибудь лгал? Это вообще-то по твоей части! Теперь твоя ставка.

Бледный человек грохнул на бочку тяжелые наручники – шипастые железные обручи, скрепленные короткой цепью.

Грубая, топорная работа – казалось, их выковал сумасшедший кузнец.

– Вот.

– Хм… И зачем мне это?

– Это единственное, что способно мне удержать. С венцом я, конечно, останусь невидимым для всех. Для Смерти, для мертвых, для живых…

– А что, если я привел сюда кого-то из игроков и они сейчас стоят на пороге? Ждут моего сигнала, чтобы схватить тебя, а, Йонва?

Мужчина вздрогнул при звуках своего имени. Сжал губы.

– Нет.

– Почему же?

– Я знаю, что ты пришел один.

– Неужели ты устраивал в «Веселой фляге» шоу? – удивился Глашатай. – Бог ты мой! Нет, я слышал, что они любят всякие представления, в том числе без одеж…

– Помимо этого таланта у меня есть множество других способов узнавать, что творится вокруг.

Йонва кивнул куда-то в сторону. Кобзарь проследил за направлением. В другом углу у окна стоял человек. Люди проходили мимо, будто не видя его. Просто незаметный тихоня или…

Кобзарь прищурился. В зале темновато.

Кажется или у мужчины отсутствует тень?

– Ох, вот как… – пробормотал Кобзарь. – Это что-то новенькое.

Йонва взял колоду, пробежался тонкими пальцами по шероховатому срезу и стал тасовать карты. Быстро-быстро, словно колода попала в руки фокусника. Карты мелькали в паучьих руках с фантастической скоростью. Наконец резкими движениями Йонва выложил перед Кобзарем шесть карт.

– «Дурак»?

– Именно. Кто-то из нас в итоге останется в дураках.