Шутник и Фейри

В каморке пахнет псиной, нестиранными носками, потом и подгоревшими шкварками.

– А ты поставь ее на место, – предлагает Артих, паскудно ухмыляясь. – Ты уже пять лет с ней живешь, неужто нравится давление ее каблука? Или совсем гордости нет?

– Нет никакого каблука, – бесстрастно отвечает Касси, едва сдерживаясь от того, чтобы не подняться и хорошенько врезать соседу, выбив шатающийся клык.

– Да ладно, – противно тянет Артих. Он подходит к остывшей печи, вытаскивает оттуда горелую сковородку и вываливает ее содержимое на тарелку.

Черные шкварки в прогорклом жире выглядят настолько неаппетитно, что Касси сглатывает горькую слюну подступившей тошноты.

– Так ты дашь мне в долг? – стараясь не смотреть, как оборотень обедает, спрашивает Касси.

– Тебе я бы подумал еще. А вот твоей стерве – нет. Как ты вообще живешь с этой языкастой злючкой? Человечка, а ведет себя, как последняя дроу.

Касси прищуривается, чтобы скрыть разочарование.

– Лиз… не злючка.

Она слишком добрая для демона, его Лиз.

– Ага, – облизав губы, Артих засовывает в рот очередной жирный кусок. – То-то я время от времени слушаю, как вы брешетесь. Молодец, кстати, хоть пытаешься дать ей отпор! Но все равно: ты у нее под каблуком.

Касси снова сглатывает горькую слюну.

– Мне очень нужны деньги, – говорит он. – Я верну. Через неделю. С процентами.

Придется опять хвататься за что попало, и Касси надеется, что при новом ограблении им все-таки не придется смотреть в мертвые глаза покойника и видеть царапины, складывающиеся в кошачью мордочку.

– С процентами – однозначно, – кивает Артих, вселяя в Касси надежду. – Сколько тебе там надо, десять золотых? Хорошо! Через неделю вернете пятнадцать. И еще кое-что.

Оборотень с удовольствием закидывает в себя последнюю шкварку и начинает с упоением облизывать тарелку. Жир стекает по его подбородку, и Касси с каждой секундой становится все труднее удерживать лицо.

– Что? – спрашивает он.

Вытерев подбородок ладонью, Артих трет ею о свои засаленные штаны. Те самые, которые порвала осколком Лиз.

– Она передо мной извинится. Придет с деньгами и извинится. Может даже немного приласкать, но ты ведь будешь против, да? – оборотень паскудно подмигивает трясущемуся от злости Касси, а потом миролюбиво поднимает руки. – Тихо-тихо, приятель, я шучу. Твоя стерва слишком плоская, чтобы меня заинтересовать. Тем более, человек.