Черно-красная муть

 – Ага, в Париже были?! Это уже прикольно! Ха-ха! Как оригинально! Целоваться на фоне Эйфелевой башни еще никто ведь не додумался! Хм… А сколько они на морях заграничных и в горах побывали?! Везет Валерке!

– Вы много путешествовали, – вслух заметил Артур, перейдя к другой стене с полками, на которых красовались трофеи Яны и Валеры. – А здесь братец колошматит на ринге очередных бедолаг. Ха-ха! Молодец Валерка, нашел себе занятие по душе!

Внимание Артура привлекла фотография, на которой Валера торжествующе держал поднятую судьей руку, а в кровь избитый противник с перекошенным от боли лицом еле стоял на ногах, цепляясь за судью, чтобы не упасть.

Артур взял в руки фотографию, чтобы получше ее рассмотреть на свету, а перевернув, на обороте прочитал строки, написанные ровными и округлыми, как жемчужины, буквами:

Белый стих, раскрашенный кровью,

Чистый ринг, заляпанный вновь.

Бурый след, оставленный нелюбовью,

Черный миг, забытый как боль.

– Кто это написал? Ты, что ли?! – спросил он, с любопытством взглянув на Яну.

 – Не знал, что ты сочиняешь стишки… Ха-ха! Стишки, как снежки… А, знаешь, мне нравится! Прикольно! И так точно! Надо же, написать: «Бурый след, оставленный нелюбовью…». Это точно про Валерку.

Видимо, утомившись изучением истории чужого счастья, Артур нахально развалился на диване, поудобнее подложив под голову подушку.

– Яна, принеси, пожалуйста, что-нибудь попить. Что-то во рту пересохло, – попросил он, изобразив на лице милую улыбочку.

Яна нехотя пошла на кухню и вскоре вернулась со стаканом минералки. Артур, беря из ее рук стакан, как-бы ненароком коснулся ее руки, скользнув пальцами вдоль тонкого запястья. Яна отдернула руку, облив Артура водой.

– Вот дурак! Сам виноват. Теперь сиди, как опоссум! – воскликнула она, со смехом глядя на потемневшие от влаги штаны Артура.

– Да, ладно тебе! Я же ничего не сделал! Раньше Валерка, бывало, делился со мной своими девчонками, а я с ним своими.

Ну, ты же знаешь об этом, раз у вас нет друг от друга секретов! – ехидно ухмыляясь, сказал Артур и заговорщически подмигнул.

Яна об этом, разумеется, ничего не знала. Она помрачнела, подумав:

– А сильно ли мой Валера отличается от своего брата? Он как прирученный леопард, который будет ручным котенком, пока его что-то не разозлит. А что тогда? Я пока на себе ни разу не почувствовала всю его ярость, но бывает, от него у меня дрожь по спине пробегает.