Рифы любви

Она, конечно, не высказывала своего мнения и ни во что не вмешивалась. Она вообще никогда не вмешивалась в дела Петра и не обсуждала с ним ничего, что не касалось бы непосредственно их семьи, отношений или детей. Но она была не в состоянии понять, зачем такой красивой девушке, как Лика, вместо замужества думать о какой-то учебе, заниматься делами. Пока отец, а потом муж обеспечат ей безбедно существование. Зачем тратить жизнь так бестолково? Не понятно…

Лика никогда не забудет эту поездку в Бахчисарай. Они вчетвером гуляли, много смеялись, объедались чудесным свежим виноградом, от которого язык и губы становятся фиолетовыми.

Не забыли и про долгожданные исторические достопримечательности. Потом делились впечатлениями друг с другом.

– Как вам Фонтан слез, девчонки? – спросил Петр в кафе, ставя на столик запотевшие от холода стаканы с газировкой.

– Если бы Пушкин не написал об этом фонтане, кто бы вообще его заметил? – цинично сказала Лика, потягивая из соломины ледяной напиток.

– Какая ты вредная, доченька, – ехидно заметил Петр.

– А мне все понравилось, и фонтан, и сам город, и старый храм и Дворец Султана, – с детской непосредственностью сказала Алена, причмокивая от удовольствия.

Лика снисходительно улыбнулась, глядя на Алену. Мальчишки мотались вокруг, не чувствуя усталости. Похоже, ее способны чувствовать только взрослые.

По дороге домой говорили намного меньше, чем по пути в Бахчисарай. Предвкушение приключений сменилось усталостью и частичным разочарованием. Разочарованием не потому, что достопримечательности горного Крыма оказались менее яркими и интересными, чем это описывалось во всех каталогах и проспектах, а потому, что наше воображение рисует картины гораздо более яркие и впечатляющие, чем сама действительность.

– Папа, а ты был раньше в Крыму? – спросила Лика, ненадолго оторвавшись от смартфона.

– Мы в Крыму были с твоей мамой, Лика, когда ты была по возрасту примерно как Антошка, – сказал Петр, даже не подумав, что напоминание о бывшей может быть неприятно Алене.

 – Правда, дальше пляжей и прибрежных ресторанов мы никуда не ходили. Ее интересовали только шмотки и места, где ими можно пощеголять. Никаких чувств и романтики. Сплошной гламур.

Петр аж передернул плечами от воспоминаний о Виктории.

– Ты видела ее дочку, Лика? – спросил Петр, пытаясь унять раздражение. – Небось, носится с ней.

– Еще бы! Копия мамы, только без ботокса. Пока… Почему мама так меня не любит, пап? Я всегда все делаю плохо.