Болезненное притяжение

– Бывало и лучше, – обдаю ее холодом и обвожу взглядом других студентов, столпившихся у дверей аудитории.

Е-мое, и шалавы здесь! Кто их сюда пустил? Ах да, у этой несчастной десятки занятия одинаковые у всех, выбора нет. Логично, что они ходят и на зелья. Ты посмотри, а эти не тушуются, откровенно лыбятся и строят мне глазки.

Не отрывая зрительного взгляда, имитирую жест, будто меня тошнит от них. Срабатывает. Блондинка морщит свой носик, а брюнетка демонстративно отворачивается.

А мне весело. Не будут считать, что между нами установилось подобие приятельских отношений.

– Приятно, что ты не только мне не рад, – тихо произносит Абигейл и проходит вперед. Кабинет открыли, можно заходить.

Часть занятия мы проводим молча. Скотт как всегда не заморачивается долгими объяснениями, дает краткое задание, ссылку на учебник, который писал еще больший жук, чем он сам, и самоустраняется. Мол, кто имеет мозг и талант, сам справится.

И мы справляемся. Абигейл, должен отдать должное, старается, учебник явно наизусть выучила, только этого на зельях совсем недостаточно. Действительно нужен талант и нюх. Скотт правильно считает.

– А тебе бы хотелось, чтобы я был рад тебе, приветлив? – когда основная работа выполнена, мне становится скучно, и я заговариваю о том, что так волновало мою соседку.

– Да. Разве это плохо? – наивно распахивает свои глаза и смотрит внимательно на меня.

 – Ты ведь в пятницу был таким со мной.

– Ой ли? – усмехаюсь, – ты уверена, что я был таким? Я разговаривал ровно о том, что волновало меня, а вот ты была приветливой и милой, отвечала на щекотливые вопросы, не выставила меня за дверь, хотя следовало.

– Но я думала, мы подружились, – растерянно лепечет девчонка.

– Подружились? – искренне удивляюсь я. – Я не дружу с девушками. И максимум моей приветливости заключается совсем не в улыбочках, приветиках и узнавании текущих дел друг друга.

– А в чем же?

– В чем? – эхом переспрашиваю я. – Я тебе покажу, в чем.

Резко придвигаю ее стул максимально близко к своему. В кабинете традиционно стоит шум, поэтому на нас никто не обращает внимание. Затем хватаю девчонку за бедро и прижимаю еще ближе к себе. Она не сопротивляется, двигается в моих руках послушно, словно кукла.