Тени забытого сада

Я мечтаю, что теперь родители не расстанутся.

– Я сюда часто прибегала слушать музыку ветра, – говорит мама.

Звуки возвращаются ко мне. Слышу мелодию Эоловой арфы.

– Музыка без музыкантов? – удивляюсь я.

– Да, Верочка, в специальном футляре установили две арфы, и их струны издавали приятные звуки, когда ветер их касался. Ветра не было – арфы замолкали. В детстве мне казалось, что звук идет с небес, – улыбается мама.

– Дочка (я замерла: папа впервые произнес это слово, а не «Верочка», словно понял, что я его окончательно приняла), мы с мамой часто слушали эту музыку.

– Теперь она звучит по-другому. Все звучит по-другому, – мне показалось, эти слова мама произносит с особым смыслом. – Два года назад поставили механическое устройство. Другое время, другое звучание, – многозначительно произносит она.

– Ты называла ее небесной арфой. – Папа обнимает маму.

– А теперь она электронная.

Со скалы, где стоит беседка, видны улицы города, окрестные поселки, Кавказский хребет и строгий Эльбрус.

Я слушаю мелодию ветра и уношусь в свои мечтания.

Вечером мама достает белый сервиз из старинного буфета, расставляет посуду и приборы – будто играет, как я в кукольном домике, включает чайник, и он послушно гудит. В центре стола красуется, словно нарисованный, торт. Тонко позванивают чашки и блюдца. Приборы звякнули и успокоились на салфетках, что лежат треугольниками – как письма с фронта. У бабушки в шкатулке хранятся такие от ее братьев, погибших на войне.

Наблюдаю за родителями. Счастливые взгляды. Смех. Касания рук. Что еще надо в жизни? Быть вместе. Но в комнате (как и в моей душе) идет скрытая война между реальностью и мечтами. Странные ощущения: я присутствую здесь, но в то же время словно смотрю фильм про счастливую семью и замираю от предчувствия пустоты, что непременно возникнет, когда он закончится. Здесь – иллюзия. За дверью – действительность. Она ждет. Я не волшебница, чтобы соединить мечту и реальность.

Но счастье, даже если оно коротко, завораживает, и я наслаждаюсь идиллией, впитываю звуки, цвета, запахи. Они останутся со мной, как шрамы у доблестного воина, испытавшего эйфорию победы и боль от ранений.

Я сижу у папы на коленях и люблю весь мир: родителей, всех людей, горы, комнату, стол с белой скатертью, чайную чашку с небольшим сколом. Невероятный свет заполняет комнату, как чистая вода аквариум. Золотистые блестки парят вокруг.