Тени забытого сада

Однажды услышала, как соседки судачили обо мне: «Вера – не их дочка. Сейчас во Вьетнаме война, оттуда привозят сирот, вот они и взяли девочку. Посмотри, какие у нее черные косы, и глаза нерусские. Хотя кожа белая. Но, наверное, встречаются белокожие вьетнамки». Их слова обожгли меня, мучили, но даже с Сашей я не могла поделиться своими переживаниями о том, что меня удочерили.

– Мою маму ты будешь называть «аже» – это по-казахски «бабушка». Она строгая, но хорошая. Ты на нее очень похожа. «Дедушка» – «ата».

Но его нет, он умер рано, в сорок лет. Я познакомлю тебя, дочка, со всеми, когда ты приедешь. Ты же приедешь, Верочка? – спрашивает меня, а сам смотрит на маму.

– Да, – отвечаю я.

– Да, – подтверждает мама.

Перед сном папа сидит рядом и рассказывает про девушку Жибек. «Жибек» – «шелк», объясняет он. Она полюбила юношу, готовилась к свадьбе, но враг убил его. Бежала она по степи, стонала, кричала, как раненая птица, свадебный наряд казался ей крыльями. Лебеди вторили ей и пели грустную песню «Ак-ку».

«Ак-ку» – «белый лебедь», опять перевел папа. Он расплетает мне косы и напевает эту песню. Казахский язык кажется красивым. Не понимая слов, чувствую их печальный смысл. Так я и уснула, слушая папину речь – то русскую, то казахскую:

Решетку юрты – кереге —

Она, рыдая, обняла…

– Я плачу шелестом травы,

Дрожу я гневом тетивы,

Средь черных туч нет синевы…[1 - «Кыз Жибек». Перевод: Л. Пеньковского]

Я сопереживала Жибек и белым лебедем плыла к ней, чтобы помочь.

Оказалось, что Жибек – это мама, а папа – ее жених. Но его не убили, а спрятали в темнице, чтобы он не смог жениться на ней. Мне снилось, как по степи в цветущих маках бежали кони с развевающимися гривами.

Через два дня мы возвращались домой. В аэропорту родители спокойны и медлительны, как обманчивое течение речки, готовой каскадом сорваться с невидимой скалы. Казалось, они не понимали, почему находятся здесь, а не в иллюзорном мире счастья, что остался в гостинице.

Папа держит маму за руку, смотрит преданно и вопросительно, ждет. Я вспоминаю: «Только одно твое слово…» Мама неестественно улыбается. Я же покраснела до самых пяток – так сдерживаю слезы.

Самолет прорезал облако.

– Мама, все ли казахские имена переводятся на русский? Что значит имя папы?

– «Керим» – «прекрасный», «благородный». Его отец читал по-арабски и это имя встретил в книге.

Облака густые – как сметана. Мысли – как туман.