Строптивая сиротка для Айсберга

Носом утыкается в мои волосы, тяжёлые ладони по-хозяйски ложатся мне на бёдра.

Мамочки. Что прям вот так сразу? Не могу, да и не хочу я. Шумно сглатываю. Надо потянуть время.

А вдруг он передумает? Вот увидит мои трусы в горошек и сразу расхочет. Чувствую, как Кай аккуратно берет за низ рубашки и вытаскивает из брюк. Мертвой хваткой вцепляюсь в подоконник, и с ужасом вспоминаю, что на мне не горошек сегодня, а черные кружевные трусы. И такой же бюстик. Новый комплект. И вполне себе сексуальный. Ну, почему я надела его именно сегодня?

Кай подумает, что я готовилась.

Как унизительно. Обреченно стукаюсь лбом в стекло, получается громко и больновато.

– Осторожно, ты мне ещё нужна. – усмехается Кай и поднимает мои руки стягивая рубашку через голову, бросает на пол.

Подушечками пальцев аккуратно касается шрама на спине, разворачивает к себе.

Смотрит пристально, взгляд медленно скользит от лица по шеи и ниже .От этого меня начинает потряхивать. Черт мне, правда, страшно. Он такой огромный.

Вдруг он меня раздавит? Видимо паника и растерянность слишком явно отражаются на моем лице.

– Расслабься. – Снежинский рукой ныряет мне в волосы, скользит по шеи и большим пальцем поглаживает мои губы.

Долго. Очень.

– Мы целуемся?

Чего? Что это за вопрос вообще? Я стою перед ним полуголая, а его интересует черти что! Хотя это мне сейчас страшно, ему-то не привыкать.

– Угу, в смысле нет, вообще-то. – замолкаю, не могу подобрать слов.

– Хочу целоваться.

– Оу, ясно понятно, это вообще многое объясняет. – зачем я пытаюсь разрядить обстановку?

Всё плохо. Точка.

Кай берет в ладони моё лицо и трётся носом о мой. А вот эти ванильки уже ни к чему. А то еще забуду, не дай бог, какой он – мудак!

– И чтоб ты не кусалась.

– Мечтать не вредно. – убираю ладонь от своего лица и обхожу Кая – И, вообще я согласилась трахаться, а не целоваться.

Кай тут же хватает меня за петличку брюк и тянет на себя. Мягко, но настойчиво прижимает к своей груди, носом утыкаюсь ему в шею.

Он горячий и хорошо пахнёт.

Трется носом о мою макушку.

– Так мы договорились? Не кусаемся?

– Да иди ты! – поднимаю на него глаза и снова собираюсь съязвить – Ты вообще…

Он меня целует. Спрятав моё лицо в ладонях. Губы такие умелые, язык настойчиво пробирается мне в рот наталкиваясь на зубы и требуя впустить.

На вкус он мятный. Вкусный. Очень. Да по фигу уже. Запускаю руки в льняные кудри и тяну на себя.