Исповедь. Часть 1

Завтрак готов, – нежно коснувшись мужского плеча ладонью, я склонилась, оставив на спине мужа поцелуй и ушла собираться на работу. Я уже была собрана, а Никита все ещё валялся в кровати.

– Измайлов, вставай! Опоздаешь! – уже повысив голос, я будила супруга, надевая на руку часы и складывая все дамские принадлежности в сумочку.

– Начальство не опаздывает, а приходит, когда считает нужным, – сонно пробубнил хриплый голос из-под одеяла и Никита, наконец зашевелиться.

– Я на работу. Хорошего дня, – подхожу к мужу, наклоняюсь, чтобы его поцеловать перед уходом.

– И тебе, Измайлова, – акцент на фамилии, и голос Никиты явно недоволен. Он жутко не любил если я называла его чем-то кроме “заи”, даже если я называла его по имени, он злился, называя полным именем меня так, словно я провинилась. Странный он, в этом своем предпочтении быть друг у друга исключительно «заями». Ну да черт с ним, я уже опаздывала, а он как знает.

Я самый везучий человек в мире, по дороге на работу застряла в пробке. Мобильный уже разрывался.

То клиенты, то секретарь и даже шеф… Хотя она у меня чудесная дамочка и вовсе не серчала, если я вдруг опаздывала. Но на голову, я, разумеется, не садилась. Снова телефон заиграл, а на экране высветился неизвестный номер.

– Да, – чуть ли не рявкнула я в трубку, отвечая, продвигаясь в пробке ещё на пару метров.

– Добрый день. Маргарита Александровна, я представитель Банка, в котором Вы обслуживаетесь. Хочу напомнить о задолженности по кредиту, – послышался мужской голос в трубке.

– Чего? Какой кредит? Вы ошиблись номером, – кредитов я нигде не брала, потому дальше мне обсуждать что-то с представителем какого-то там банка, смысла не было. Но я услышала смешок по ту сторону телефона.

– Не узнала, Ритка?

– А должна?

– Гордеев. Саша Гордеев, – твою ж мать! Я резко затормозила, чуть не треснулась лбом о руль автомобиля.

– Нет, не узнала. Привет, – сухо ответила я. Я разволновалась, услышав в трубке голос бывшего. Только когда он представился, я вспомнила этот голос.

 Я была удивлена слышать его, после стольких лет. Да ещё и так внезапно.

– Как ты, что нового? Семья, дети? – спокойно спрашивал Гордеев, поддерживая непринуждённый разговор. У него всегда все было так просто. Он знает, что сейчас ввел меня в ступор, но вида не подавал, а, похоже, кайфовал от того, что я мямлю в трубку что-то не ясное.

– Ну замужем… детей нет, а ты что? – неловко спрашиваю я, ожидая от этого звонка какого-то подвоха.

– Да такое.