Город украденных улиц

– Мы находимся с вами в копии подземного храма Гипогей,  – сказала Милица, почему-то растягивая слова. Как узнала Мэри гораздо позднее, новичков-экскурсоводов снабжали микроскопическими наушниками. Кто-то на другом конце провода ей суфлировал, но догадаться об этом было не просто.

– Особенность этого храма в том, что он опрокинут к центру земли. Подземная часть святилища копирует надземную, правда, в перевернутом виде, – плавно вещала Милица, прислушиваясь к подсказкам. Она, в общем-то, учила текст, но сейчас немного разволновалась, и все позабыла.

Девушка бывала здесь всего один раз, внимая образцовой экскурсии Альционы, и теперь вдруг поняла, что не совсем точно помнит, какой из разветвлений туннеля приведет к соляным копям, а какой – темнице времен Ивана Грозного. Рановато ее бросили на амбразуру, но выхода не было, – экскурсоводов катастрофически не хватало.

Волнения были напрасны: Милица успешно разобралась в хитросплетении тоннелей, и экскурсанты сфотографировались и с соляными скульптурами, и в каменном мешке с пластмассовым скелетом (его разместила здесь охочая до подобных шуток Рузанна).

Если уж говорить о скелетах, то все могло быть и хуже, потому что одно время наши архитектурные авантюристы лелеяли план по транспортировке в город парижских катакомб.

Натэлла, узнав об этом, закатила скандал и пригрозила Темирханову разводом, после которого он отступился от своей идеи – иначе не миновать бы Пустяковой сомнительного соседства с парой-сотней черепов и стеной из берцовых костей.

Мэри, однако, не заинтересовалась ни соляными статуями, ни тем более бутафорским скелетом. Не слушая экскурсовода, она лихорадочно шарила фонариком по стенам и потолку, пытаясь найти хоть малейший намек на того, кто мог здесь рукоплескать в ночные часы, но никакой разгадки в холодных пустых комнатах древнего святилища из гранитных валунов обнаружить не удалось.

После этого Пустякова посетила Гипогей еще два раза.

Она уже досконально выучила текст экскурсии, так что и сама могла бы водить туристов, но ничего подозрительного в темных коридорах так и не нашла. Тем не менее ее все чаще донимали хлопки в ладоши, смех и даже голоса из подземелья, которое съедало обычно абсолютно все звуки без остатка, не давая им просочиться в квартиру.

Через некоторое время девушка рискнула рассказать об этом Милице, но та ответила, что ни о чем подобном никогда не слышала.