ДНК предательства

Она удивлённо подняла голову и тотчас расплылась в довольной улыбке. Рядом стоял местный исполнитель иностранных хитов. Писательница как раз закончила отвечать на вопрос об экранизации её книг и попросила продолжить задавать вопросы. Молодой человек, немного подумав, озорно подмигнул подружкам и громко спросил:

– А почему вы в своих детективах никогда не пишете о любви, – он сделал паузу, а потом добавил, – и сексе?

Публика на мгновение замерла, а потом заволновалась. Кто-то стал возмущаться и укорять парня за такой вопрос.

А кто-то, наоборот, одобрительно захлопал в ладоши. Серафимова даже бровью не повела. Она встала со стула, поправила свои пышные вьющиеся волосы и подошла к краю веранды. Двумя руками обхватив микрофон и внимательно вглядываясь в толпу поклонников, она спокойно начала отвечать:

– О сексе я знаю всё, но не вижу смысла писать об этом в своих книгах. Мне гораздо интереснее провести линию расследования, чем описывать, как муж бросил жену, потому что она, изменив ему, стала проституткой.

– А я бы почитал, – вдруг тихо сказал сидевший на земле алкаш в тельняшке и невинно заморгал осоловевшими глазками.

Эта реплика на некоторое время развалила творческую атмосферу встречи, потому что народ долго не мог успокоиться от смеха.

Стареющая писательница спокойно стояла и ждала, когда затихнет внезапное волнение. Затем она умело перевела разговор на другую тему и закончила встречу анонсом новой книги.

Народ поблагодарил Серафимову за интересную беседу бурными аплодисментами и ринулся к ней за автографами.

Но подруги решили не оставаться на автограф-сессию, а продолжить общение с молодым солистом.

Глава 9

Как выяснилось, его звали Валентином. Это вызвало некоторое удивление у девушек, потому что им пока не встречались мужчины с таким редким именем. Но объяснение оказалось очень простым – их новый знакомый родился четырнадцатого февраля, как раз в День святого Валентина.

При свете дня подруги смогли хорошо его рассмотреть. Кроме загорелого спортивного торса у него была модная причёска с хвостиком, но выбритыми висками и затылком.

Она ему очень шла, потому что Валентин имел густые тёмные волосы, волевые брови и глубоко посаженные глаза. На вид ему было не больше двадцати семи лет, но держался он очень уверенно, давая понять, что знает себе цену.

– Если вам не нравится моё полное имя, можете обращаться ко мне просто Вака, – сказал молодой человек и дружелюбно посмотрел на москвичек.

Девушки переглянулись.