Разрушенный рыцарь

– Не получают. Пока ты сам не сделаешь этого, никто не сделает, – возразил он. – Ты такая наивная, Тереза. Веришь в сказки.

Она ощущала тепло, исходящее от его сильного тела. Почти осязала это странное притяжение, возникшее между ними, и не могла отвести взгляд от его красивого лица. Рафаэль облизнул нижнюю губу, его глаза скользили по телу девушки, облепленному промокшей одеждой.

Чертовски сильно хотелось схватить ее и прижать к себе. Кожа к коже. Без преград.

Он сжал зубы. Черт! Пожалуй, надо бы отойти как можно дальше.

Ну же. Вспомни, кто ты такой. Вспомни, что с тобой делали. Вспомни же… Но он не мог. Вместо этого Рафаэль опустил руку ей на озябшее плечо. Согревая своим жаром. Она глубоко вдохнула, резко втянув воздух носом. В животе бесновались бабочки. Проклятие! Что он творит?.. Его теплая ладонь скользнула ниже, лаская ее через тонкую ткань. Вниз. Еще. Остановилась на кисти. Рафаэль провел большим пальцем по внутренней стороне ее запястья. Слегка сжимая. Выводя круги. Ощущая трепетное биение пульса.

«Пора бы разбить твой хрустальный шар, маленькая принцесса». Когда он отпустил ее руку, Тереза не могла избавиться от странного чувства потери и пустоты.

– Ты готова? – холодно спросил лидер «Отбросов», подводя ее к столу, а затем опустился на свое рабочее кресло и включил ноутбук.

– К чему? – настороженно спросила Тереза.

– К правде, – усмехнулся он, прищурившись. – Подойди ближе. Я не кусаюсь.

– Кто тебя разберет, – пробурчала она с опаской, встав позади его кресла.

– Смотри, – приказал он, включая запись.

– Что это за… – тяжело сглотнула она, глядя на экран широко раскрытыми глазами.

Там были гонки. Но не блестящие шлемы и красиво отполированные корпуса мотоциклов. А аварии и травмы – последствия испытаний, на которые автоматически соглашался каждый участник. Не все они были профессионалами. Некоторые просто хотели испытать судьбу.

– Это неправильно.

– Что именно?

– Рисковать жизнью ради победы в состязаниях.

Рафаэль следил за ее реакцией.

Замечая искреннее сочувствие в глазах. И страх. Он был. Осязаемый. Душащий.

– Но это и есть реальный мир. Мы рискуем жизнью каждую секунду.

– Это твой мир. А мой другой, – возразила она запальчиво, всплеснув руками. – Ты все видишь в черном цвете.

– А ты в белом. – Рафаэль встал с кресла. Она осталась на месте. Выпрямила спину, глядя ему прямо в глаза. – Но дело в том, что мир вокруг нас один и тот же. И он не такой, каким ты его видишь.