Алета

Красивый праздник, и очень забавно наряжено хвойное дерево.

Потом стали танцевать, а начала моя моатти. Этот Олег включил музыку, и раздался разжигающий кровь барабанный ритм. А вот то, что происходило дальше, заставило меня затаить дыхание. Я даже не мог предположить, что эта малышка умеет так двигаться. От ее движений кровь убыстрила свой бег, а тело полыхало пожаром. Это что-то невероятное. Нельзя, ну нельзя так двигаться при посторонних. Так можно танцевать только для избранника, в спальне. И я совсем не против, чтобы она станцевала так для меня, наедине.

Ее тело жило своей собственной жизнью, щеки раскраснелись, юбки, взлетая, открывали ноги до самых бедер. Когда она приблизилась ко мне, я обнаружил, что все это время сижу с поднятым бокалом, не моргаю и не дышу. Аккуратно поставив бокал на стол, я протянул к ней руку. Я и хотел, и не мог отвести глаз от изгиба ее бедра, от волнующей линии талии. А тело наливалось томной горячей тяжестью. Но это маленькое искушение отодвинулось и закончило танец, поставив босую ножку на колено стоящего перед ней с бубном Олега и изогнувшись назад.

Ритм барабанов прервался.

Уф! Я, кажется, сейчас задохнусь, и если не поцелую ее, меня просто разорвет. И я выскользнул из комнаты за ней следом. Отловив девушку в коридоре, я пошел в наступление.

– Ты куда-то спешишь?

– Да нет, сладкое вот относила домовому, а завтра он тебе расскажет, как вернуться в твой мир. – Она попыталась ускользнуть.

– Мм, сладкое? А мне перепадет что-нибудь сладкое? – Я наклонился к ее уху и прошептал, вкладывая в голос все свое обаяние: – Ты, кажется, собиралась проверить, как я целуюсь? Почему бы не сделать это сейчас?

– А ты уже натренировался?

– Конечно.

Не хочешь проверить? – И я скользнул по ее щеке к губам.

Она попыталась сказать что-то еще, но я решил, что или сейчас, или никогда. Боги с этими принципами, потом возмещу ей все затраты, но сейчас я просто умру, если ее не поцелую. Я вложил в поцелуй весь свой опыт, все умение, а она неожиданно ответила и подалась мне навстречу.

И в эту минуту я забыл о том, что хотел поддразнить ее. Кажется, я вообще все забыл. Это было какое-то безумие, которое накрыло с головой. Как водоворот, который захватил и затянул, и не было ничего, кроме ее губ, кроме огня в моей крови. Как удар в солнечное сплетение, и все в груди сжалось в тугой комок.

Сквозь грохот крови в ушах донеслось чье-то покашливание. Да-а-а. Однако, как мы увлеклись.