Дом на перекрестке

Затем вспрыгнул на подушку, понюхал его лицо. Приложил одну лапку к шее – там, где обычно бьётся жилка. Потом этой же лапкой приподнял мужчине веко и заглянул. Как он это сделал лапой – всё же кот, – я не знаю, но сделал.

– Филь, ну что там? – Я не выдержала первая.

Тимар за то время, что Филимон обследовал тело, подошёл ближе и сейчас стоял у кровати. А вот я приближаться не спешила.

– Спит он. Представляете? – обернулся к нам фамильяр.

– Как – спит? – не поняла я.

– Ну как? Обычно. Живой он и спит.

– И что нам теперь делать?

– Что-что, – пробурчал кот, спрыгивая с кровати и громко чихая.

 – Выкидывать все эти тряпки. А мужика мыть и переодевать. Можете ещё волосы ему подрезать – вон как отросли, видно, не один год спит.

– Да ё-моё! Не пойму: я что – клининговая компания? Почему я вечно должна что-то отмывать и чистить. Достало уже! – психанула я.

Подошла к кровати, с опаской потянула спящего мужчину за ворот рубашки, чтобы рассмотреть, что за цепочка у него на шее поблескивает. А ворот так у меня в пальцах и остался – ткань вся истлела и, пока её не трогали, сохраняла форму, а от прикосновения расползлась.

М-да. Страшно представить, сколько же времени он тут лежит! И явно сон это не простой. Ведь ни один человек не проспит столько времени, чтобы на нём истлела одежда. А мужик-то вон какой, вполне хорошо сохранившийся, на вид ему не больше тридцати.

– Так, ладно. – Я повернулась к притихшему Тимару. – Давай мы сейчас всё тряпьё выкинем к чёртовой бабушке, иначе здесь задохнуться можно.

Товарища этого пока оставим тут, только накроем чистой простынёй. Раз он спит, то денёк-другой ему погоды не сделают. А потом решим, как с ним дальше поступить.

Именно так мы и сделали. Загрузили в мешки и вынесли вообще все тряпки, какие были в этой комнате. Мужика пришлось на постели перекатывать, чтобы вытащить из-под него пыльные истлевшие постельные принадлежности. Одежду его мы тоже выбросили, потому что в процессе перекатывания под нашими руками она развалилась.

А ничего так фигура у этого «спящего красавца»… Даже больше чем просто ничего – очень даже чего! Рельефные мышцы привлекали внимание и вызывали непристойные мысли.

Широкие плечи, длинные ноги, узкие бёдра, кубики на животе. Так, стоп! Что-то не туда мои мысли уходят.

Вместо матраса, который тоже вытащили из-под мужчины и сбросили с балкона, мы постелили пуховое одеяло, а его самого скромно прикрыли простынкой. Причём делать это пришлось Тимару, а то мне неловко было.