Дом на перекрестке

– Зачем? – В его голосе было такое изумление, что я даже не поняла.

– В смысле? Подарок, на день рождения. Ты что хочешь? Может, что-то конкретное?

– А я не знаю. Мне никогда не дарили подарки на день рождения.

– Как это? Ты же с дедом жил. Разве дедушка тебя не поздравлял?

– Нет. У нас не принято преподносить на день рождения подарки, – озадаченно протянул Тимар. – А у вас что, дарят?

– Конечно. Дарят. Гостей приглашают, вкусный стол накрывают, торт и всё такое. – Тут уже я удивилась. – Слушай, это что, ты ни разу не получал подарок на день рождения? И никогда его не отмечал?

– Нет.

– Дела-а-а…

Глава 7

Вот так, переговариваясь, мы добрели до дома, отперли ворота и, вяло двигаясь, дошли до столовой.

– О, трудя-а-уги. – Филимон, развалившись, дремал на диванчике. – Как успехи?

– Терпимо. Филь, сил нет разговоры разговаривать. Мы сначала в ванну, потом есть, потом я ещё в интернете посижу, почитаю что-нибудь полезное. У тебя тут всё нормально? Никто не приходил?

– Нормально.

– А этот, который наверху, случайно сам не проснулся?

– Не-а, не спускался.

– Вот и славно. Тим, ты себе отлей живой воды в кружку и иди в ванную на второй этаж, ладно? Я туда не доползу. – И я устало плюхнулась на стул.

– Живой воды?! – Филимон вскочил. – Откуда у тебя живая вода?

– Водяной дал. У него в пруду, оказывается, два ключа бьют. Один с мёртвой водой, другой с живой.

– Да ты что-о-о… – Фамильяр спрыгнул с дивана и подбежал ко мне. – Я думал, что уже и не осталось таких источников.

– Как видишь…

Пока мы разговаривали, Тим отлил в высокую кружку половину живой воды и замер на пороге кухни.

– Вик, пойдём, а то поздно уже.

– Ага. – Я, кряхтя, как древняя старушка, сползла со стула, прихватила пузырёк с мёртвой водой и ополовиненную бутылочку с живой, прошла к двери, вышла из кухни и замерла.

– Ё-моё… Музей! – Раскрыв рот, я оглядывалась по сторонам.

Пока нас не было, Дом, следуя картинкам из журналов, изменил дизайн холла. Сейчас он перестал быть таким мрачным. Напротив, стены радовали глаз нежным сливочным цветом и белыми тонкими планками, почти чёрный деревянный пол превратился в медового цвета паркет. Тяжёлая тёмная мебель тоже приобрела совсем иные, лёгкие формы. На стене напротив лестницы появилось большое зеркало в раме.