Стратегия хаоса. Выйти из пепла

Во дворе бочка с водой, еще теплой. Мыло там же. Поторопись, юноша, – притворно проворчал Темпо, улыбаясь глазами.

Мылся Рист долго. Хоть Мэвел свел с него большую часть грязи магией, это все равно не заменяет обыкновенного мыла. По крайней мере, при таком обильном загрязнении. Вернувшись в дом, обернутый лишь чистым полотенцем, Рист глянул на себя в большое настенное зеркало. Скелет с жильными мускулами, и только. Ввалившиеся карие глаза казались почти черными на фоне бледно-серого лица с высокими скулами. Нос с горбинкой и так всегда выглядел чуть большим, чем нужно, а сейчас и вовсе казался совсем огромным для столь худого лица.

Темные волосы отросли до пояса. Парню непривычно было видеть себя с такими патлами, а не с короткой стрижкой.

– Налюбовался? – ехидно спросил Мэвел, вдруг возникший рядом. Он вручил Ристу простую свободную одежду, и тот попросил отшельника подстричь ему волосы.

– Уверен? Ты неплохо смотришься, – ухмыльнулся тот и с готовностью взялся за ножницы, а после вручил парню бритву.

– Ну вот! Ты уже почти человек, – радостно известил Темпо, когда все манипуляции с головой Риста были окончены.

Учитель и бывший ученик еще немного посидели за чашкой ароматного чая, а потом отшельник отправил парня спать, чему тот с готовностью подчинился. Рист улегся в постель, и его тут же сковал приятный сон.

5. Человек в стене

С середины лета здесь всегда начинается невообразимая жара и духота. Особенно в дни, предшествующие дождю. Накалившаяся на пылком солнце действительность превращает первые капли в пар, как только они падают на вымощенный стоптанный бульвар или на раскаленную крышу.

Атмосфера насыщается водяным паром, от чего становится трудно его вдыхать. Волосы и одежда пристают к влажной коже. Даже ветер едва ли приносит прохладу, он только обдувает липким душным воздухом и бросает в лицо дождевые капли, не успевшие испариться о каменные здания и мостовые. Вода течет по людям, по их насквозь промокшей одежде на землю ручейками. Когда жара от камней под ногами уже недостаточно, чтобы испарить их, ручьи стекаются в лужи. А там, где улицы поднимаются даже на невидимые глазу пригорки, образуются небольшие речушки, стекающие в сточные канавы.

И только когда испарится вся дождевая влага, а солнце заволокут тучи, приносимые ветром, наступает редкая прохлада. Тогда приезжие с удовольствием выходят на улицы просто так, чтобы насладиться прогулкой по старым добротным мостовым и подышать нормальным, не раскаленным воздухом.