Магия книгоходцев

Но полностью изолированными общежития не были, их соединял воздушный переход с большими окнами. Ну, вот как в больших торговых центрах.

Тут ко мне пришло осознание: это – другой мир. Точнее, реальность. Я помню, как в моей голове женский голос произнес: «Загрузка новой реальности». Так вот! Значит, тут одеваются иначе, чем принято у нас на Земле. Я посмотрела на Федю. Хм. Да нет же: обычные джинсы, кроссовки, футболка и джинсовая куртка. Может, все не так плохо, и я в своих любимых узких джинсах, кожаных кедах, футболке с лягушкой из стразов и тонком кардигане на пуговках не буду выглядеть белой вороной?

«Буду!» – поняла спустя три минуты, когда мы вошли в холл женского общежития.

– Госпожа Кару?да, – вежливо обратился Федоил к стоявшей спиной низенькой женщине в длинном платье.

Она была очень занята, так как гневно распекала понурившуюся перед ней девчонку за какие-то провинности.

– Чего тебе? – Госпожа Каруда обернулась и сердито уперла руки в боки. – Ты что тут делаешь? Отбой уже был! И давно! Вот я расскажу господину Ма?рфусу, что его подопечные по ночам шляются по вверенной мне территории.

А я стояла, неприлично отвесив челюсть, и во все глаза рассматривала комендантшу женского общежития. Она была зеленой. В смысле кожа у нее была зеленой. Ее недлинные черные густые и, судя по виду, жесткие, как проволока, волосы топорщились во все стороны. Из этой буйной гривы наружу гордо торчали лопухи ушей. Нос приплюснутый, рот крупный с тонкими губами, глаза раскосые. Короче, внешность сия особа имела такую, что оторопь брала.

А еще она была совсем невысокой, мне до подмышки примерно, но весьма крепкого телосложения, и при этом очень сердитой.

– А это что за болезная лягушка со шваброй тут болтается? – напустилась госпожа Каруда уже на меня. – Ты почему до сих пор не в постели? Да еще имущество казенное таскаешь без спросу! Вот я тебя сейчас! А ну быстро верни швабру в чулан и марш в свою комнату!

– Это моя швабра! – у меня от возмущения прорезался голос.

 – Я с ней сюда прибыла. И вообще, она мне дорога как память. Единственная вещь из родного мира.

– Госпожа Каруда, я к вам от господина ректора! – снова попытался объясниться Федоил. – Это новенькая, ее только сейчас приняли. Факультет, разумеется, пока неизвестен. Магистр велел ее заселить.

– Ах, вон оно что! – Жуткая тетка резко успокоилась и улыбнулась, а я икнула от вида ее клыков. – Что ж ты сразу не сказала? Идем, я запишу тебя и выделю комнату.