Мистер Смерть и чокнутая ведьма

Информация секретная. Еще не хватало переполоха среди обывателей.

– Угу, – кивнула я, задумчиво жуя пирожное. – Что-то мне за Еньку неспокойно. Если бы я знала, не стала бы его пристраивать к этому Мортему.

– Да он вроде нормальный мужик, хотя и в голову малость стукнутый, как все иностранцы. Но уж за своим фамильяром-то присмотрит. Ладно, Ариш, я побежал. У меня свидание еще сегодня.

– Какая масть? – подняла я на коллегу глаза.

– Блондинка, – ухмыльнулся он.

Я кивнула и быстро вытащила из колоды карту.

– У нее парень есть. И это не ты, – сообщила ожидающему оборотню. Вытащила вторую карту и фыркнула: – А тебе сегодня морду набьют.

– Вот гадство! – почесал подбородок Леонид. – А с виду такая наивная милашка.

Я хмыкнула и убрала карты.

– Спасибо за предупреждение, Арин. До завтра.

– Учти, фингал заговаривать не буду, – бросила в спину весело скалящемуся оборотню, а он отсалютовал мне, не оглядываясь, и хлопнул дверью.

Два дня прошли на удивление тихо.

Некромант не давал о себе знать, что, в общем-то, было вполне закономерно, но я немного переживала за Евграфия. Все же не чужой он мне, я его почти год выхаживала и учила всему.

Судьба у енота была непростая. Подобрала я его случайно, когда ездила в леса Краснодарского края. Я там пополняла запасы трав, отдыхала от жизни и чувствовала себя настоящей лесной ведьмой, поскольку настроение после последнего развода было соответствующее. Вот там-то я и наткнулась на Еньку.

Точнее, он на меня. Пробрался к палатке, в которой мы с Беллой обитали, и украл полотенце.

Я воришку, само собой, выследила и обнаружила у ручья, где он это самое полотенце самозабвенно стирал.

– Не отдам! – заверещал худой молоденький зверек, увидев грозную меня.

– Воровать нехорошо! – строго произнесла я. – Верни мое имущество.

– Жадничать – еще хуже! – спрятал он за спину мокрую махровую ткань. – Не верну!

– Прокляну, – пообещала я.

Енот застыл, нервно шевеля носом, испуганно глядя на меня бусинками глаз, а потом до него дошло:

– Так мы же разговариваем!

Я подняла одну бровь, выражая свой скепсис к данному аргументу для прикарманивания моего имущества.

– Да нет же! – всплеснул он лапками, уронив полотенце. – Мы разговариваем! И ты не визжишь как резаная, не крестишься, не швыряешь в меня камни и даже не убегаешь.

– Я похожу на ненормальную? – У меня взлетела вверх и вторая бровь.