Я жизнь свою живу впервые

– Что ты на меня так глядишь? Думаешь, если ты так умно смотришь, я все понимаю, о чем ты говоришь и думаешь? – Ника махнула хвостом. – Я же не телепат. Ну, хорошо, давай посмотрим, что нам туда подкинули, – открыла старинную походную сумку и придирчиво осмотрела содержимое, документы, футболку, кошелек, пакетик картофельной соломки, маленькую бутылочку воды, насколько мятных конфеток, таблетки от головы, упаковку обезболивающих, упаковку жаропонижающих, мой походный блокнот и планшет и еще кой-какие мелочи.

Все эти вещи принадлежали мне, и я их взяла с собой в поездку в Зугдиди. Ничего нового, одним словом, в саквояже не было, кроме сумки-пояса, в которой лежал документ о моей помолвке.

– Ника! Посмотри, эти гады нас точно сюда на верную и голодную смерть закинули, воды нам хватит только на раз зубы ополоснуть, а еды совсем нет. Этот пакетик, сама знаешь, нас не накормит. Они что, думают, от Грузии до Англетера путь в пятнадцати минутах? Кстати, а где этот Англетер, ты знаешь? – кошка поднялась и выгнулась, ощетинив свой мех.

 – Ты тоже не знаешь или знаешь и поэтому волосы дыбом встали?

Ника обнюхала вокруг нас место и быстро побежала по вытоптанной тропинке вглубь леса. Оборачивалась назад и смотрела, иду ли за ней я или нет. Ну а как мне было не идти, конечно же, собрала всю смелость в кулак и шла за ней. В какой-то момент, пока я оглядывалась по сторонам, Ника резко бросилась в сторону от тропинки и исчезла, через какое-то время появилась с мышью в зубах.

Я остолбенела на своем месте, она, как-то особенно и призывно мурлыкая, терлась об мои ноги.

– Ника! Это что? – тыкала я палец в мышку. – Ты где была? Я ведь переживаю! – с ужасом выдавила я из себя.

Она уложила полудохлую мышь мне в ноги, а меня аж передернуло. Я представила настоящую Нику с грызуном во рту, а Ника, недолго думая, взяла и проглотила мышку. От такого ужаса, у меня начался приступ кашля до рвоты. Глядя на меня, до нее тоже дошло, что она сделала. И мышка попросилась назад.

Когда желудок у нее освободился от грызуна, она без сил упала на траву. Я, конечно, смелая девочка, но нервы были на пределе, а тут такое, что в мою голову нынешняя реальность не укладывается, но чтобы поддержать подругу, я уселась рядом с ней, взяла ее на руки и нежно глажу за ушком и тихо приговариваю:

– Никуль, ты прости меня, это просто с непривычки такая реакция, а вообще-то, охота за мышами – это не прихоть кошек, а их жизненная потребность.