Судьба амазонки

– Откуда ты такое умеешь? – Хельга ошарашенно смотрела за действиями пожилой женщины.

– Я много чего знаю. Хочешь, и тебя научу? Ты, вижу, сноровистая. Детей у меня нет: обходили мой дом стороной женихи-то. А науку мою передать надо, чтоб не пропала.

– Научи, я буду старательной ученицей.

– Хорошо, приезжай потом. Посидим, обсудим. Ты мне нравишься. Сперва обдумай своё решение. Придётся оставить подруг.

– Не могу. Учи так: издалека и иногда. Я ведь многое уже знаю.

– Ха-ха, – развеселилась колдунья.

 – Ты ещё в самом начале пути. Времени на учёбу много надо.

– Хватит? – приоткрыв один глаз и нерешительно поглядев в чашу, взмолилась Коринн.

– Потерпи, девонька, ещё чуть-чуть.

Архелия с любопытством рассматривала вампиршу и, казалось, не интересуется разговором. Хельга, воспользовавшись тем, что её не слышат, придвинулась поближе к колдунье.

– У тебя есть зелье, чтобы человек правду говорил?

– Если б было, то я стала бы живым богом на земле. Есть другое. Человек забывает себя и делает, что требуют его плоть и чувства.

В порыве может сказать правду, так как узды рассудка не контролируют лошадку – язык. Правда, потом тяжело отходит голова.

– Неважно. Дай мне его! Отец ребенка Архи – большой лгун. Доказать мы не можем. Она нас не слушает. Если бы красавчик попал в ловушку… Хочется всё-таки узнать, что к чему.

– Любовь слепа, – сочувственно покачала головой старуха.

Пожилая женщина встала, удалилась и бережно принесла выдолбленную из тыквы маленькую флягу.

– Тебе подарок от меня, моя будущая ученица.

– Ты думаешь, я приду, поразмыслив?

– Я уверена. У нас с тобой родственные души. Мы обе знахарки и любопытны.

Она вытащила иглу из руки Коринн и аккуратно перевязала, положив на рану целебную мазь. Затем, взяв чашу, направилась к лавке, где лежала вампирша. Приподняв той голову, знахарка бережно влила бесценные крупицы в щель между клыками.

Подруги удивились быстрому преображению раненого существа. Немощное создание начало меняться на глазах.

Тусклая доселе шерсть стала отливать перламутром, обмякшие крылья, похожие на пожухшие листья, затрепетали и распрямились, словно на них пролился благодатный дождь. Веки приподнялись, и в глазах нечисти появился живой хищный блеск.

– Дай твою каплю, – вампирша когтистой рукой указала в сторону Архелии.

– Зачем тебе ещё? – увещевала старуха, но упрямое создание умоляюще посмотрело ей в глаза.

– Дай, её кровь светится. Там две жизни.