Пообещай мне счастье

– Мне плохо, – сказала Олив.

– Если тебя стошнит в мою машину, будет большой штраф за уборку.

– А что, если меня вырвет тебе на колени? – спросила она.

– Я не знаю. Никто никогда этого не делал.

Сейчас умру, – повторила Олив, и это признание заставило его сердце сжаться, потому что всякий раз, когда видел в Олив хоть каплю беззащитности за образом жесткой бизнес-леди, он тут же чувствовал себя воином, викингом. Ему сразу хотелось вмешаться и защитить ее от любой опасности. Защитить от самого себя в том числе.

– Я сказал, что разорю тебя, а не убью.

Олив полулежала на сиденье, прижав руку ко лбу. И внезапно осознала, что понятия не имеет, что происходит.

– Куда мы едем?

– Я везу тебя к врачу, глупая ты женщина. Ты упала в обморок.

– Нет, – сказала она, внезапно принимая сидячее положение, – мне не нужно к врачу. Выбрось меня в канаву. Ты хочешь отомстить, верно? Оставь меня на холоде!

– Ты рухнула в мои объятия в своем кабинете. Я нашел тебя на полу, когда ты ела крекеры.

– Я думаю, что упала в обморок из-за твоих угроз. Отвезешь меня к врачу – тебе не поздоровится.

Он удивленно приполнял бровь:

– Почему-то я не думаю, что доктор обнаружит, что я являюсь причиной всех твоих бед.

Олив рассмеялась истеричным смехом и долго не могла остановиться. И он понятия не имел почему.

– Классно ты пошутил. Действительно. Высокое искусство. Отличная комедия.

– Олив, – сказал Гуннар, теперь его тон был почти официальным, – что происходит?

– Ты тот, кто знает все.

– Все очень просто. Я хочу, чтобы «Эмбиент» стала дочерней компанией «Магнума».

Наказание должно было оказаться соразмерно проступку, хотя даже сейчас под его яростью скрывались жалость и непонимание.

– Ты хочешь купить меня? Я думаю, что это действие нарушает множество антимонопольных законов, Гуннар. И тебе ни за что не позволят так поступить.

– Я не согласен. Есть и другие крупные технологические корпорации. Такие же влиятельные, как твоя. И в любом случае у моей компании есть и другие способы влияния.

– Почему я должна соглашаться на это?

– Потому что альтернатива – судебное разбирательство, которое вполне может окончиться тюрьмой. Ты совершила серьезное преступление.

– Ты действительно хочешь, чтобы меня арестовали?

– Твой отец добивался бы ареста моего отца в подобной ситуации.