Рождество каждый день

Вокруг полно родственных душ, которые ждут тебя, Джек. Не загоняй себя в угол в ожидании «той самой».

Джек понятия не имел, какой была Кармен, но Бридж была миниатюрной, с волосами, которые, вероятно, можно было заметить с Марса, и, плюс-минус общепринятое количество голов, рук и ног, примерно настолько непохожей физически на Хайди Клум, насколько это вообще было возможно. К тому же, как он подозревал, она была довольно страшной, если ее спровоцировать, а это не тот тип женщины, который можно было бы совместить со спокойным Люком.

Или с самим собой, если уж на то пошло. Маленькая, темноволосая и пугающая – такой он помнил свою мать, хотя ее настоящий образ, вероятно, затмил портрет, который на протяжении многих лет рисовал его отец.

Иногда Джек задавался вопросом, найдет ли он когда-нибудь это загадочное существо – родственную душу. Глядя на погоду, снова ухудшающуюся с каждой секундой, у него было больше шансов найти снежного человека.

Глава 11

Бридж стояла у окна и наблюдала, как Люк и Джек возвращаются.

Она решила постараться изо всех сил и не злорадствовать, главным образом потому, что Люк будет этого ожидать. Пока они блуждали, снега явно прибавилось, и, судя по тому, как часто они поправляли капюшоны, ветер тоже усиливался. Небо затянули зловещие темно-серые тучи, сквозь которые ни одно солнце в здравом уме даже не попыталось бы пробиться.

Робин подкладывал поленья в костер, готовясь к возвращению странников, как выразилась Бридж.

– Блаженство, – с восторгом сказал Чарли, глядя, как пылает и трепещет пламя.

В эти дни он гораздо сильнее ощущал холод, подумал Робин. Дома центральное отопление всегда работало на полную мощность, было достаточно жарко, чтобы выращивать бананы в гостиной. Но он никогда не просил об этом сам, просто соглашался с тем, что термостат необходимо подкрутить, обвиняя их большой старый дом в сквозняках.

Мэри открыла дверь для Джека и Люка, которые с благодарностью ворвались в дом.

– Позволь мне помочь, – сказала она, когда пальцы Джека оказались слишком замерзшими, чтобы ухватиться за язычок застежки-молнии.

Она вдруг представила, как тянется к нему, чтобы поправить галстук, прежде чем они отправятся на какое-нибудь шикарное мероприятие в качестве пары. Этого никогда не случится. Не после всех этих лет. Песок в ее часах теперь почти весь лежал на дне.

Люк скинул ботинки, затем стянул с ног промокшие носки, удивляясь, как пальцы не отвалились.