Война с орками

Каким бы дураком ни был, но мою идею о том, что не стоит усиливать это самозваное княжество за счет эльфов, да и вообще, понял с полунамека и полностью поддержал.

– Лучше если во главе нашей группы единомышленников будешь стоять ты, – предложил я ему. – И происхождение более чем высокое, и подозрений ненужных не возникнет. У меня самого оно хоть и достаточное, но все же ниже, а уж из-за статуса архимага и высказанных лорду Первого Леса сомнений нахожусь под постоянным наблюдением.

– Разумное предложение, – обрадовался он.

 – Я, конечно же, согласен.

Вот и хорошо. А в случае чего я вообще ни при чем. Никто просто не поверит, что маг моего уровня станет участвовать в заговоре, возглавляемом таким персонажем.

Пургениил. Светлый эльф

Слишком эти архимаги высокого мнения о себе. Причем все без исключения, что эльфийские, что человеческие. И Каликрис в том числе. Вообще-то глупых архимагов не бывает. Это факт, который никому и в голову не придет оспаривать. Но из-за своего высокомерия нередко ведут себя именно так.

Тот же Каликрис абсолютно уверен, что я не понимаю простейшего факта. Я ему нужен исключительно по той причине, что сам хочет в случае чего в стороне остаться. Прекрасно понимаю, просто меня такое положение вполне устраивает. Это у них, Лордов, жрецов, архимагов, интриги, длящиеся столетиями, а то и дольше. От любой мелкой неудачи зависит понижение воображаемого статуса, которое никто, кроме них самих, и не заметит.

Я же в случае провала ничего не теряю.

Высокого происхождения при всем желании отнять нельзя, экономически ни от кого не завишу, одним из лучших лучников Первого Леса быть не перестану… А из самого леса за поступки на благо леса точно не изгоняют, даже если они не совпадают с общим представлением об этом самом благе. Вообще худшее, что мне могут сделать, – дураком за глаза называть станут. Но это дело такое, сегодня обзовут, а через пару-тройку сотен лет положение изменится и за все то же самое хвалить будут, называя мудрым и дальновидным.

В отличие от Каликриса опять же к лорду не ходил и критически о чужом Древе и политике леса, с ним связанной, не высказывался. Об отверженной Эледриэль говорил, было дело, о ее муже, варварском князе Ва’Диме – тем более, ну и о его второй жене темной принцессе Ларинэ, естественно. Как же без этого? Да кто только о них не высказался?! Но о Древе – ни слова. В общем, все в пределах нормы, и подозревать меня в чем-либо нет никаких причин.