Война с орками

Правда, будет теперь наш муж на их груди пялиться, но дети важнее. Да и не станет Дим ничего плохого делать, разве что сфотографирует. Это мы его для порядка ревнуем, а так он нас со светлой любит и о других даже не думает. Сам признался!

Вообще удачно получилось, что караван светлых, а вместе с ним и наш, посланный в ближайшее людское королевство, успел вернуться. Куда хуже было бы, если бы мои родичи нагрянули сразу после соплеменников Эледриэль, а то и вместе с ними. Тогда бы точно гостей кормить нечем было. У самих проблем с продовольствием пока не возникало, да и не предвиделось, а когда наши люди приехали вместе с эльфами и еще целый купеческий караван привели, их вообще не стало.

– Темных кормить будем так же, как и родичей Эль, или лучше? – спросил муж, когда мы вернулись.

– Так же! – сразу же в категорической форме заявила Эледриэль.

– Действительно, не стоит что-то менять, – поддержала я.

– Ладно, с угощением решили, – согласился Дим. – Так и формируются традиции. Что насчет посуды?

– А у нас что, новая успела появиться? – спросила Эль.

– Нет, но можно договориться с Анжей, – выдал неожиданное предложение человек.

– Не замечала ее раньше за коллекционированием кухонной утвари, – слегка удивилась я.

– Насчет утвари не знаю, но охотничьими трофеями скоро весь замок завалит, – ответил Ва’Дим. – Вот их-то и можно использовать, хоть какая-то польза будет. Как в той песне поется: «И демиургов черепа мы на пиру наполним чаем».

– Не шути так! – воскликнула светлая.

– И чем эта моя шутка хуже всех прочих? – удивленно спросил муж.

Действительно удивлен, не разыгрывает, как это с ним часто бывает.

– Все дело вовсе не в самой шутке, хотя она, как обычно, не смешная, а в том, о ком, – начала объяснять я.

Однако муж так и не понял.

– И что такого в том, что мы перед эльфами вместо кубков выставим собранные Анжей черепа? Или у ушастых с этим делом связано какое-то табу?

– Вначале ты про другие черепа говорил, – напомнила Эль.

– А у демиургов они что, какие-то особенные? У меня на родине раньше считалось за честь из черепа достойного человека испить.

– То-то, – сказала я, хотя и не была уверена, что муж все понял.

Скорей всего, ничего не понял, просто не пожелал с нами ругаться.

– Готов искупить вину и пожертвовать в тех же целях часть своей коллекции, – предложил он.

– Это какой такой коллекции? – с подозрением спросила светлая.

– Ножей! – чуть ли не с обидой напомнил Дим.