Возвращение домой

Первый паспорт сразу же забраковал, поскольку к нему прилагалась справка об освобождении из колонии какого-то там режима. Подробно читать не стал, такого счастья нам точно не надо.

У остальных паспортов были два основных недостатка. Во-первых, лица на фотографиях даже отдаленно не напоминали ни одну из моих спутниц. Во-вторых, к каждому тоже прилагалось по справке о том, что счастливая обладательница документа является матерью-одиночкой. Второе можно просто выбросить, а с первым ничего не поделаешь.

Хотя, если вспомнить студенческие годы… Однажды сокурсница оставила на парте свой студенческий билет.

Взял его с собой в расчете завтра отдать. Только она заболела и две недели не появлялась. Так и проносил документ все это время в кармане. В правом. А в левом свой собственный. В транспорте предъявлял проездной и ее студенческий. С фотографии смотрела яркая крашеная блондинка, перепутать невозможно. Ждал, когда же скажут, что это не мой. Шутка, по большому счету, не удалась, за все время только один раз заметили. Вытащил из другого кармана свой документ, предъявил, извинился. Но в том-то и дело, что это было в общественном транспорте, при наличии запасного варианта. При проверке паспортов такой номер, скорее всего, не пройдет.

– Даже если сильно не присматриваться, все равно невозможно не заметить подобную разницу, – подвел итог я.

– Ты сам запретил воровать у тех, кто более-менее похож на нас, – напомнила хвостатая.

– Это не упрек, а констатация факта, – успокоил ее я. – В любом случае паспорта нам бесполезны.

– Почему же? – не согласилась Анжа. – Могу гарантировать: если будут проверять у меня, то вообще приглядываться не станут.

– А я картинки могу перерисовать, – уверенно заявила Эль.

Представил себе писанную маслом миниатюру, вклеенную в паспорт. Но, поскольку жена настаивала, спорить не стал, а пообещал купить в ближайших канцтоварах кисточки и акварельные краски. Пускай развлекается.

Каково же было мое удивление, когда увидел результат ее трудов.

Светлая ничего не стала вклеивать, а нарисовала поверх фотографии. Естественно, краски употребила минимум и добавила магии. Где заканчивается старое изображение, а где начинается новое, понять было невозможно.

– Молодец, ушастая, – похвалил я светлую. – Вот только фамилии совершенно не соответствуют лицам. Ну да ладно, каких только не бывает. Странно, но не более того.

– Могу и буквы перерисовать, – с готовностью откликнулась Эль.

– Лучше не надо.