Чёрный кот

Владимир Сергеевич – это человек, про которого я тебе рассказывала.

Арсений оторвал взгляд от тарелки, пристально посмотрел на мать, а потом пожал плечами:

– Ну, я могу уйти в гости к Игорю.

– Арсений, – терпеливым тоном произнесла она, – он потому и придёт сюда, что хочет познакомиться с тобой.

Арсений медленно опустил ложку на стол, а затем с вызовом посмотрел матери в глаза:

– А что, если я не хочу с ним знакомиться?

– Дорогой мой, сделай одолжение, не ершись. Я знаю, что тебе это нетрудно.

– Ну и пожалуйста, – проворчал Арсений, отвернувшись к окну и делая вид, что не замечает обращённого к нему взгляда. – Устраиваешь свою личную жизнь – устраивай, но можно меня в это не втягивать?..

– К сожалению, пока нельзя.

С минуту они помолчали.

– Налить тебе чаю?

– Нет, спасибо, я уже наелся. Пойду…

– Не глупи, – мать рассерженно прервала его ворчание. – Я налью.

* * *

Солнца стало мало – ноябрь стоял серый и холодный. Утром всё больше подмораживало, а ночи сделались по-зимнему морозными.

Он и не заметил, когда именно это произошло, но, проснувшись однажды утром и выглянув в окно, он увидел, что деревья окончательно сбросили листву и теперь стояли тёмные и голые.

На осенних каникулах он подолгу гулял с Игорем и Марком, иногда они собирались у кого-нибудь из них дома. Один раз все вместе сходили в кино, куда их пригласил Саша, а того, в свою очередь, Юля. Марк позвал Катю и Лену, а Игорь – Аню. Разочарованию Юли не было границ, весь сеанс она сидела скрестив руки на груди, выглядя при этом крайне раздосадованной.

Арсений лишь улыбался, поражаясь Сашиной недогадливости, и шутил с Аней, сидящей по соседству. О чём был фильм, через неделю никто и не помнил.

В выходные, рано утром, когда пасмурное небо только начало светлеть на востоке, почти весь класс собрался на привокзальной площади в условленном месте.

Каждый пришёл кто в чём: одежду выбирали потеплее и постарее, ту, которую не жалко запачкать или прокоптить у костра.

У некоторых с собой были рюкзаки – еду договорились брать каждый на себя. Вова Лодочкин, известный в школе своими туристическими похождениями, успел допечь окружающих рассуждениями о том, как лучше разжечь костёр, ещё до того, как Арсений смог присоединиться к беседе. Гитара за его плечом красноречиво сообщала всем, что от его пения им сегодня не отвертеться. А пел Вова неважно, хоть и очень старался.