Связанные звездами

Потратьте первые недели года на то, чтобы как следует отдохнуть и потренировать свою интуицию, помня о том, что говорит нам Толкин: «А за углом, наверно, ждет нас новый путь и тайный ход».

Конечно, Лео оказался прав. Как всегда. Время для поездки действительно оказалось неподходящим, но она планировалась задолго до января. Так что первого января Ник отправился с Лаурой на север, в Квинсленд, чтобы играть роль комнатной собачки, пока она была занята на съемках какого-то нового парфюма. Хотя курорт, где они остановились, и был прекрасен, вода в бассейне отеля была самой подходящей температуры, чтобы освежиться после вездесущей влажной жары, а коктейли в баре у бассейна были отменными и бесплатными, поездка – для Ника – стала кошмаром.

– По-моему, пришло время признать это, – заявила Лаура однажды вечером, когда аромат плюмерии заполнял их номер. Он решил, что никогда не забудет, какой красивой она была в тот момент, когда произносила целую речь, стоя в изножье кровати в незавязанном белом шелковом халате на голое тело.

 – Если до сих пор тебе не удалось… то есть, я хочу сказать, что, наверное, пора переходить к плану Б.

Ее слова не казались резкими. К тому же в них не было ничего, о чем он сам бы не думал. В феврале ему должно было исполниться двадцать семь, а Голливуд был все так же далек от него. Да что там Голливуд. Даже место в одном из крупных местных театров казалось ему недостижимой мечтой. За весь прошлый год единственными более-менее значимыми подработками были эпизодическая роль в мыльной опере, роль стручкового перца в дутом костюме на выставке здорового питания и участие в гастролях кукольного театра в глубинке, с пьесой о микробах и о том, как важно мыть руки.

Ник управлял куклой по имени Козявка, сорвал бурю аплодисментов в нескольких школах, очень вовремя вступая со своими глуповатыми шуточками.

– Особенно если, – со значением добавила Лаура, – мы собираемся переходить на более серьезный уровень в отношениях. А я надеюсь, мы собираемся.

Но у Ника, лежащего среди шелковых простыней гостиничного ложа невероятных размеров, в голове вертелось: «А за углом, наверно, ждет нас новый путь и тайный ход».

– Я не готов сдаться, – сказал он. Прекрасной Лауре, гибкой Лауре, Лауре с длинными-предлинными ногами. Лауре Митчелл, Козерогу, у которой к двадцати шести годам было уже несколько накопительных вкладов, инвестиционный портфель и страхование дохода.

Она ответила:

– Я не хочу терять тебя, Ник.