Связанные звездами

Сначала он наткнулся на нее в торговых рядах, теперь это. «Что бы это могло значить?» – гадал он.

За те двенадцать лет, что они не виделись, она совсем не изменилась. Все такая же хрупкая, с глазами орехового цвета, полными озорства. Никуда не делся и ее острый ум, поэтому Нику приходилось думать – иногда даже слишком тщательно – над каждым словом. А еще брови: они ни капли не изменились. Густые и прямые, они изгибались самым неожиданным образом, заставляя его гадать, не смеется ли их хозяйка над ним про себя.

Весь тот вечер в Александрия Парк Ник ждал возможности, намека на желание вспомнить о той ночи, которую они, четырнадцатилетние, провели на пляже на юге Австралии. Они говорили о множестве разных вещей: о ее работе и об их семьях, об астрологии и Шекспире. Когда он попросил ее номер телефона, она дала его довольно охотно, но его выбило из колеи то, что она не попросила его номер взамен. Так же, как и ни единым намеком не показала, что хотела бы поговорить о той давно прошедшей ночи.

Он думал, они посмеются над тем, как сбежали от родителей и нашли пивной магазинчик на улице неподалеку от парка развлечений. И над тем, как Жюстин – которая совсем не выглядела восемнадцатилетней – нервно переминалась снаружи, пока Ник, бывший довольно высоким для своего возраста и умевший говорить убедительно низким голосом, отправился в магазинчик и сумел добыть бутылку имбирного пива «Стоун». Они распили бо?льшую часть бутылки, пока болтали, постепенно расслабляясь до того, что Ник начал демонстрировать, с какими акцентами может говорить, а Жюстин – читать стихи.

Кровь прилила к щекам при мысли, каким он тогда был безмозглым придурком. Таким маленьким и неопытным. Когда они целовались, он, наверное, замучил ее до полусмерти, поскольку ничего не умел. Неудивительно, что на следующее утро она спряталась и даже не вышла попрощаться. Вернувшись домой, он несколько раз пытался написать ей.

Новая встреча с Жюстин растревожила его. Ощущение было такое, словно его собрали заново и вернули к другой, более молодой версии его самого. И если снова вернуть прежнюю энергию и уверенность было здорово, то чувствовать, будто она видит, как он не оправдал надежды и растратил потенциал того себя, – вовсе нет.