Оставьте Дверь открытой

– Завтра начинаем. Очищаем верхний слой как обычно. Кайло, лопаты, совки берём утром и после работы оставляем там, прямо на месте раскопок. Землю за круг выносить запретил. Как, он думает, мы должны работать? – раздражённо пробурчал Палыч. – Студенты, будете носить землю к краю поляны, – он замолчал, будто решая, говорить или нет. – Так, вот ещё одно условие: ничего с раскопок не выносить. Я знаю – традиция первого камешка на память. Не в этот раз. Извините. Зато могу обрадовать: если мы выполним все его условия, он ещё нам накинет за работу.

Ну, а зачем мы сюда приехали, как не заработать?

Ребята немного побурчали, недовольные тем, что им запретили исполнить их обряд «первого камня», но сумма предложенной прибавки вроде бы всех примирила. Я позже спрашивал у Сени, что это за обряд, и он рассказал, что, когда начал работать в этом отряде, у одного парнишки была примета: первый найденный камешек положить в карман и носить до окончания раскопок, якобы тогда всё шло отлично и без всяких неприятностей, которые обычно сопровождали археологов.

И действительно, сколько они уже выезжают на раскопки, если первый камень лежит в кармане, всё проходит на ура. И как-то негласно этот обряд начали выполнять во всех последующих экспедициях. И ни дождей, ни болезней до этого выезда не было.

– Так что, боюсь, неприятностями мы обеспеченны, – грустно заметил он, почёсывая свою бороду.

* * *

Речка, или скорее ручей, как и прежде, весело бежал через заросли и терялся где-то среди деревьев. Там, где обычно они набирали воду, был сделан небольшой деревянный мостик, сколоченный чьей-то заботливой рукой бесконечное время тому назад.

Его обшарпанные доски заканчивались на середине заводи и отражались в водном зеркале. Воздух был переполнен запахом трав, теплом и щебетанием птиц. По медленно двигающийся глади ручья перебежками сновали водомерки.

Оля зашла на мостик, встав на колени, улыбнулась своему отражению и зачерпнула ведром воду. Поднялась, поставила ведро рядом с собой и засмотрелась на красоту такого родного и любимого с детства места.

«Времени предостаточно, я просто окунусь и сразу обратно, – подумала она, быстро стягивая с себя сарафан. – Конечно, заводь совсем маленькая – не поплавать».

Зажав пальцами нос, она прыгнула солдатиком в речку. Вода была восхитительно прохладной. Оля перевернулась на спину, легла на воду, широко раскинув руки и оставив на поверхности только счастливое лицо и медленно шевелящиеся пальцы ног. Звуки стали глуше.