Оставьте Дверь открытой

Потом крутил руку в разные стороны.

– Лучше бы вы его не спасали, – зло сказал он, швырнув мою руку, и та безвольно повисла.

Кто-то бережно положил мою руку на кровать и укутал меня поплотнее одеялом. Я опять провалился в забытьё.

Как долго это длилось, я узнал только когда мне стало лучше, я уже мог открыть глаза и сфокусировать взгляд. Ко мне стали приходить навестить и пообщаться все по очереди. Но чаще всего рядом со мной был бородач Сеня. С ним тоже что-то происходило, он менялся, но сразу я не мог понять как, пока сам Сеня в одной из бесед – то ли с собой, то ли со мной – проговорил:

– Ну вот, и сегодня опять, – продолжал он какой-то разговор, который я не помнил, – утром руки-то отекли.

Что за ерунда? Я же здоровый как бык и не болел никогда ничем серьёзным. Ну было, пару раз чихнул, когда в ледяном озере в полынью соскользнул. А здесь непонятно. Так ведь и не болят, но опухли. Уж не знаю, что приложить-то. Ты давай, это, выздоравливай быстрее. Чувствую, мы надолго здесь не задержимся.

– Почему? – постарался я спросить, но язык не хотел слушаться, и кроме последнего «му» ничего было не разобрать.

Это мое «му» произвело эффект разорвавшегося снаряда.

– Ребята! – заорал Сеня. – Ребята, он пришёл в себя!

В палатку прибежали все и наперебой стали задавать вопросы, что-то говорить, хлопать меня, а я лишь старался улыбнуться. И из-за общего гомона ничего не мог разобрать.

– Ну всё, буде-буде, говорю, – пытался всех утихомирить Палыч, – насели, не даёте человеку спокойно выздоравливать.

А ну, пошли отсюда! – он почти насильно выдворял всех из палатки.

– Я останусь, ладно? – просил Сашок жалобным голосом. – Я недолго, честное слово.

Палыч кивнул головой в знак согласия, и Сашок, протиснувшись к моей лежанке поближе, присел на соседнюю, туда, где ещё недавно сидел Сеня.

– Ой, слушай, здесь столько всего произошло, – полушепотом начал Сашок, как только полотно импровизированной двери вернулось на место. – Мы же тебя притащили на носилках в лагерь. А у Палыча в аптечке есть противоядие от укусов змей.

Да только мы не знали, какая тебя цапнула. Вот он и решил вколоть всё, что было. Когда рука посинела, думали всё, не выкарабкаешься. Ну, и стали делать всё, что знали или где-то слышали об укусах. Поэтому извини, но рассказывать это не буду. Все суеверия проверили, а ты всё не приходил в себя. Изредка только глаза открывал, да и то ненадолго. Да ещё Архо этот, будь он неладен, вернулся только через день, как тебя угораздило.