Красный волк. Проклятый остров

– Если вы не утомились, может, взглянете на Эленор?

– Эленор? – Эдмунд замер на полушаге, – Элеонору, ты хотел сказать?

– О! Простите, Ваше Величество! Никак не запомню. Да, она ожидает аудиенции в гостевых комнатах. Прикажите привести?

– Нет-нет, я сам… Проводи меня.

Хранитель, повинуясь, повёл Эдмунда в комнату, где в ожидании встречи скромно сидела девушка. У дверей гостевой Чарлиз на секунду замер и, распахнув двери, громко произнёс:

– Король Фортресса Эдмунд Вильгемонт!

Эдмунд, отстранив Хранителя, вошёл в комнату.

Чарлиз попятился и закрыл за королём дверь, оставив Эдмунда и гостью наедине.

У приоткрытого окна спиной к дверям стояла она. Её чёрные волосы слегка трепал нежный ветерок. Эдмунд сделал несколько робких шагов к точёному стану Элеоноры. Она стояла неподвижно. Король подошёл совсем близко, протянул руку к плечу девушки, но дотронуться не посмел. Он убрал руку и чуть слышно произнёс:

– Я очень рад, что вы…

Но закончить он не смог. Элеонора медленно повернулась, король взглянул ей в лицо и отступил назад.

Тогда, когда перед ним был её портрет, он и представить себе не мог, насколько тот придворный художник был бездарен. Перед ним был ангел – наверное, ни один художник мира не в силах передать такую неземную красоту. Элеонора посмотрела в глаза Эдмунду, и он растерянно потупил взор. Девушка сделала реверанс и протянула руку королю. На её ладони лежал небольшой золотой медальон с выгравированной диковинной птицей.

– Это вам, – промолвила она чуть слышно, и её голос наполнил красотой всю комнату.

Эдмунд поклонился и принял подарок Элеоноры, боясь коснуться её ладони.

– Он будет хранить вас в самые трудные минуты, – продолжила девушка.

Король крепко сжал медальон в руке, прислонил к груди и поклонился снова в знак благодарности.

* * *

Об этой первой встрече вспоминал сейчас Эдмунд. Позади кафедрального собора, сидя на мраморной скамье у трёх могил, на одной из которых ещё не просохла земля, он так же, как тогда, держал на груди медальон, подаренный Элеонорой.

– Вот так, девочки мои… И мама ваша к вам отправилась. Оставила нас с Льенаром, чтобы приглядывать за вами. Ну, на всё Воля Говера. Элеонора, ты тоже присматривай за нами, чтоб мы тут не начудили здесь с Льенаром, а вы, девочки, позаботьтесь о матери. Для неё там всё в новинку, а вы уж освоились, наверное.

Эдмунд закашлялся, проглатывая слёзы, но не удержался и разрыдался, закрывая рот ладонью.