Вилея

 – Мы пришли сюда не за дракой.

– Достойный ответ. Хорошей ночи, путники! И потише! Не одни тут.

После недолгой паузы, я, наконец, решила отправиться на ночлег. В комнате хозяина меня действительно ждало сухое платье на пару размеров больше нужного. Но его я и не собиралась надевать в дорогу. До утра моя одежда должна была просохнуть. А потому, не тратя больше времени, я развесила штаны, рубашку и куртку около тлеющего камина и улеглась на низкую скрипучую кровать. Спать не хотелось. После нападения сонника о снах думалось в последнюю очередь.

Однако, усталость и груз прошедшего дня быстро взяли свое. Я на минутку прикрыла глаза, чтобы дать им отдохнуть. А когда открыла – едва не отправилась к Великим Владыкам от представшей моему взгляду картины.

* * *

Маленькие, выпученные глазки около моей переносицы и тяжелый запах пота, бьющий в ноздри…

Я подскочила так резво, что хозяина отбросило на пол.

– Ваши други просили разбудить вас к за-за-завтрачку, – обиженно крякнул Фаргот, потирая ушибленный лоб.

– А чего в лицо-то лезть?

– Дык вы ж не бу-бу-будилися. Слушал ваше ды-ды-дыханьице.

– Ладно. Спасибо. Мне нужно переодеться.

– Вам теплый эль с медком по-по-подавать?

– На завтрак? Ты чего! Айр, да покрепче.

– Хо-хо-хорошо, – он подошел к двери и немного помялся. – Спасибо, что защитили вчера мою по-по-помощницу. Она уже всем ра-ра-растрезвонила.

– Вам бы держать ее подальше от пьяни. Кухня кухней, а в зал не надо.

Или наймите охрану, чтоб порядок был.

– Охране платить на-на-надобно, – развел руками хозяин трактира и поджал губы.

– Киньте клич. За еду и крышу над головой кто-то – да согласится. Все ж подмога вам.

– Так я не ду-ду-думал. Спасибо. Одевайтеся, не мешаюся бо-бо-более.

Он выскочил за дверь, а я принялась спешно собираться в дорогу. Не позднее вечера мне надлежало оказаться в замке. Потому что еще одну ночь без Охотников можно было и не пережить.

Одежда оказалась немного сырой, но вполне сносной. Переодевшись и убрав волосы в тугую косу, я открыла заплечный мешок, чтобы проверить запасы воды, и со стоном опустилась на кровать. Свиток! Желание оставить его в трактире было почти нестерпимым. Но и прикасаться к нему лишний раз не хотелось. Я осторожно размотала запястье. Печать смутно проступала на коже тонкими розоватыми линиями. Ни ярче, ни тусклее. Тяжелый вздох огласил комнату.