Звери Стикса. Часть 2. Мемориум

Кажется, это был такой человек, который стремился помогать всем, всегда и в любом деле. По случаю импровизированного праздника она украсила бесцветные длинные волосы венком из искусственных маргариток. В креслах напротив камина попыхивали трубками и вяло перебранивались профессор Бюве и Самсон-Блюмцвейг. Еще по гостиной медленно дефилировали другие, еще не знакомые обитатели замка.

–…А я говорю – что это неправильно! Если есть возможность приукрасить, раскрыть, оцветнить, так сказать, повествование, то писатель обязан это сделать!

– То, как вы говорите, дорогой братец, создает неисчислимое количество совершенно пустых россказней вместо настоящей литературы! Бездарных, к тому же чаще всего! Безынформативных, то бишь не содержащих в себе никакой истинной информации! Лишь кружево витиеватое – а ткани текста как такового и нет.

– Может оно и так, дорогая сестрица, но смотрю я на ваше платье, однако, и вижу, что весь ворот у вас тем самым кружевом и расшит. Что-то вы дерюгу серую не демонстрируете на своих телесах?

– Аххх! – картинно возмутилась маленькая женщина, больше похожая на девочку по своей фигуре.

Белокурая, востроносая пигалица с лицом как у мыши и действительно одетая в весьма роскошные, чуть ли не королевские одежды. Спорила она с молодым человеком, до смеху на нее саму похожим.

– Ба-бахх! А все к тому и сводится, что именно кружево и придает удовольствие нашей жизни. А не только сухая, скуШная простота.

– Ой, да хватит вам! – возмутилась низким поставленным голосом плотная коренастая женщина с жемчужно-белым каре и ярким макияжем, читавшая что-то, сидя на диване.

 – Оба вы хороши, как всегда. Шумите, как грачки на гнездовье!

Рядом с ней сидела еще одна женщина, казалось полная ей противоположность – вся какая-то бежевая, тонкая, длинная. В одобрение позиции соседки, она громко хмыкнула, не отрываясь от своей книжицы.

– Вы, братец, вздор несете. Как всегда, впрочем, – процедила маленькая женщина, яростно обмахиваясь веером, из которого от столь немилосердного обращения во все стороны летели куски страусового пуха.

– А! А вот и гости! Вот их и спросим нас рассудить!

Кира и Фауст оторопело переглянулись. Но Вероника с присущим ей тактом разрешила ситуацию.

– Друзья мои, знаю, что примирить вас не удастся, но проявите уважение и, по крайней мере, отложите спор на после ужина! А то право стыд.

Брат с сестрой переглянулись и действительно притихли.