Маринкина башня

– Мы, Дмитрий Иванович, Божьею милостью царевич великой Руси, Углицкий, Дмитровский и иных, князь от колена предков своих, благодарим семью сандомирского воеводы пана Юрия Мнишека за оказанный прием и доверие.

– Для нас честь, царевич Дмитрий, принимать Вас у себя, – отвечал широкоплечий, тучный и грузный мужчина.

На его голове красовался расшитый золотой нитью берет со свисающим пером.

– Был счастлив с тобою познакомиться, Марина, – приложился тот, кого назвали царевичем, к ручке молоденькой, невысокого роста девушке в богатых одеждах.

– Как только король и папский нунций примут меня, мы сможем вновь увидеться, – добавил он.

Последняя лекция по истории доцента Горелика еще не выветрилась из головы Агнеши, и она предположила, что здесь разыгрывается сцена отъезда Лжедмитрия из замка семьи Мнишеков после его первого знакомства с Мариной в марте одна тысяча шестьсот четвертого года.

В зале, помимо Марины, присутствовали еще две женщины. Одна, украшенная массивными ожерельями и браслетами, которую царевич назвал пани Ядвигой, судя по всему, играла роль жены Юрия и матери Марины.

Когда Дмитрий прощался с третьей из женщин, голубоглазой, рыжеволосой красавицей, от Агнеши не укрылось, каким долгим взглядом обменялись эти двое. Женщина была явно старше царевича, но их обоюдный интерес друг к другу казался очевидным.

Интересно, кто эта рыжеволосая? – думала Агнеша, отступая вглубь галереи. Пора было возвращаться. Она ведь еще сфотографироваться хотела. А тут как-то неуютно ей становилось.

И сцена прощания, что она сейчас видела, совсем не напоминала спектакль. Все выглядело слишком реалистично. И польская речь смущала. Если в этом зале и были актеры, то не русские, а настоящие поляки. Возможно, кроме Дмитрия. Тот говорил с акцентом.

Агнеша растерялась. Никакой двери, через которую она попала сюда, в сплошной стене галереи не нашлось.

У меня разыгралось воображение, или, это какая-то оптическая иллюзия, – успокаивала она сама себя.

Только за плечо ее ухватила никакая не иллюзия.

– Ты кто? – крепко держал ее толстяк лет двадцати.

Вопрос был задан на польском.

– А ты кто? – так же на польском спросила Агнеша.

Толстяк вытаращился на нее.

– Кто я? Ты не знаешь меня?

– Откуда мне тебя знать?

– Я Станислав Бонифаций, сын сандомирского воеводы Юрия Мнишека и хозяин этого замка.

– А что это за замок?

Станислав рассмеялся.

– Саноцкий замок. Он достался мне по наследству, и я живу здесь со своей женой Софией.