Хранители. Часть 1. Воплощённые элементали

Но чаща всё не кончалась, казалось, она самопроизвольно распростёрлась вдаль на бесконечное расстояние, словно не желая выпускать своих то ли гостей, то ли уже пленников.

Вскоре Эралькса стала выдыхаться, но дрожавшая, поледеневшая ручка малышки и короткие едва слышные всхлипывания не позволяли ей останавливаться. Внезапно в густой темноте они натолкнулись на огромное старое дерево и упали. Сухие ветки кустарников больно хлестнули их по лицам, а Миприя ещё разодрала в кровь коленку и теперь едва сдерживала рыдания.

Страх и боль, непонимание происходящего и тоска по матери – всё смешалось в её детском сознании, и она не знала, что ей с этим делать. Эралькса, в свою очередь ударившись головой о камень, едва не потеряла сознание, но, собравшись с силами, постаралась встать, – позади них уже показался тёплый огонёк от факелов, – однако запуталась в подоле. Двое головорезов, рыскавших по тёмному лесу в поисках женщины и девочки, были совсем рядом, и попытка спастись от них бегством была заранее обречена на провал, но тут из старого дерева вдруг выскочило что-то маленькое и прыгнуло к Эральксе на голову. Оно едва заметно светилось зеленоватым огоньком и издавало тихое чириканье. Женщина чуть не закричала, но Миприя успела больно дёрнуть её за руку.

– Древесный человечек! – тихо пискнула девочка.

Древесный человечек – дух старых уже умерших деревьев – спустился по выбившейся пряди Эральксы и что-то прочирикал ей на ухо.

– Что он говорит? – шёпотом спросила Миприя.

– Что он предоставляет нам убежище в своём дереве, – также шёпотом ответила Эралькса, беспомощно наблюдая за движущимися огоньками.

– А это возможно?

– Конечно, просто следуй за ним…

Древесный человечек прошмыгнул к своему дереву, а когда Эралькса и Миприя подползли следом, то увидели, что громадный ствол был наполовину пуст, образовывая собой своеобразную древесную пещеру. Человечек осветил слабым огоньком своего тельца пещеру и, чирикая, поднялся вверх внутрь дерева.

– Скорее залезай, – шикнула Эралькса.

Миприя послушно заползла внутрь умершего дерева, а следом рядом с ней втиснулась бабушка. Эралькса крепко обняла внучку, как бы давая защиту и одновременно показывая, что бояться нечего, всё происходящее это просто дурной сон, и уже скоро наступит утро, заря осветит мир, тьма рассеется, и кошмар растает, оставив после себя лишь горький вкус в душе, как обычно бывает после плохих снов. Хотя сама Эралькса в этот миг испытывала дикий, переходящий в ужас, страх.