Наше единственное лето: второй шанс

Что б его!

Я медленно скрестила руки на груди и как можно более спокойно спросила:

– Надеюсь, это не станет преградой для продуктивной работы?

– Нет, Эльвира Владимировна…

– Конечно, нет…

– Да что вы… – раздался нестройный хор сотрудников, и все неохотно начали расходиться по своим местам.

Уже закрывая за собой дверь кабинета, я услышала сказанное вполголоса:

– Стерва твоя начальница, Олька! И как ты с ней работаешь?..

О, да… Это про меня.

Даже не знаю: воспринимать эти слова от двадцатилетней стажерки по протекции как оскорбление или все-таки как комплимент?

Когда-то мне тоже было двадцать, и я мечтала о многом…

И что же? Моя мечта юности сбылась: я стала успешной и самодостаточной бизнесвумен.

Моя жизнь – практически круглосуточная работа. Я занимаюсь любимым и весьма прибыльным делом. Я постоянно куда-то мчусь, веду какие-то переговоры и переписки, езжу в командировки… Нет, не подумайте, я не жалуюсь, наоборот. Я же мечтала о такой жизни, и вот уже несколько лет я живу ею.

И, поверьте, я много чего сделала, чтобы достичь того, что имею. И я горда собой. И я счастлива.

А роль высокомерной и стервозной начальницы – это для прикрытия, и чтоб «в душу не лезли».

Как только мне перевалило за двадцать пять, мои родственники и коллеги как сговорились (хотя ни разу в глаза друг друга не видели!) – решили как можно скорее познакомить меня «хоть с кем-то» и выдать замуж.

Родители пеняли на то, что все одноклассники давно женаты и замужем, что у некоторых уже по трое детей, а я по-прежнему хожу на свидания со своей работой.

Коллеги, по какой-то совершенно непонятной мне логике, считали, что если я выйду замуж или, на худой конец, начну с кем-то встречаться, то стану к ним менее требовательной, перестану придираться к каждой мелочи и заставлять выполнять обязанности идеально.

Вот так и появилась на свет моя стервозная и дотошная начальница-трудоголичка.

Неплохо работает, кстати. Никто не обсуждает мою личную жизнь. Попытки сводничества пока еще продолжаются, но их становится все меньше.

Я села в удобное рабочее кресло и закинув ногу на ногу, откинулась на спинку.

– Что делать будем, дорогая? – сама себя вслух спросила я.

Идеальный план пока не рождался.

– Эля Владимировна, – дверь приоткрылась и в проеме появилась рыжая в кучеряшках голова Оли, – Петр Михайлович просил передать, что сегодня в восемь вечера в «Tutto Bene» у вас совместный ужин с богоподобным партнером из Америки.