Наше единственное лето

Я даже не пыталась убрать свою руку из руки Саши.

– О-о-о-о-о, вы тут, а мы вас, между прочим, в клубе искали. Хоть бы сказали, что уходите, – с укором сказал Дима и как-то задумчиво посмотрел на наши сплетенные руки.

– Скучно было, – непривычно коротко для себя ответила я.

– А-а-а, ясно, – тоже не стал вдаваться в подробности Дима. – Пошли домой, что ли.

Я посмотрела на Сашу, и при виде его красивого лица у меня что-то сжалось внутри. Сегодня я просто отпустила себя и сделала то, что хотела. К чему приведет это? Не хочу думать об этом сейчас, когда сердце так предательски выдало аритмию.

– Пока, – почти прошептала я, а потом поднялась на цыпочки и быстро поцеловала его в щеку.

Сашка так ничего и не ответил мне, по крайней мере он молчал до того, как я скрылась за дверью своего дома.

Глава 4

Я проснулась от умиротворяющего звука звякающих тарелок на кухне – мама накрывала на стол к завтраку.

Губы невольно растянулись в довольной улыбке, но вдруг отчего-то непривычно сдавило в груди.

Сейчас все предстало передо мной совсем в ином свете: я отчетливо поняла, что вчера совершила ошибку, и как ее теперь исправить – я не знаю. И, как обычно в любой непонятной ситуации, – я отправилась есть.

А потом я помогла маме навести порядок на кухне после завтрака, позанималась алгеброй и выучила очередную тему к экзамену по немецкому, нагладилась нашего полосатого кота Барсика, после чего мои волнения по поводу ошибки с Сашей потихоньку начали выветриваться.

Перед обедом бабушка попросила сходить в магазин за хлебом, и я, размахивая пустой платяной сумкой, неспеша двинулась в сторону пекарни.

Но подойдя к ней, сквозь открытую настежь дверь, увидела Сашу. Я вдруг поняла, что вот прямо сейчас совершенно не готова встретиться ним, поэтому интуитивно и по-детски спряталась за автобусной остановкой, в надежде, что он пройдет мимо, не заметив меня.

– От кого прячемся? – услышала я над самым ухом знакомый голос. Вот же ж!.. Только Шустова мне здесь и не хватало.

– Ни от кого. Жарко мне. В тени хочу постоять, – я постаралась добавить интонацию безразличия и «не лезь не в свое дело».

Даня улыбнулся краешком губ и затянулся ментоловой сигаретой.

– Идет! – спокойно сказал он, но мгновение спустя глаза его испуганно расширились, а сам он отступил на полшага назад.