Линия жизни

Болтали, смеялись, делились новостями – общаясь то с одним, то с другим гостем, и если за это время им случалось переглянуться, то они быстро отводили глаза, чтобы вскоре снова встретиться взглядами. Под конец у него было ощущение, что их мимолетные взгляды дали ему куда больше, чем все слова, сказанные в продолжение вечеринки.

Постепенно эти взгляды, намеки, обрывки фраз стали обретать форму, складываться в привлекательный женский образ. Да, такие женщины, как Николь, определенно в его вкусе. Она умна, общительна, любит смеяться и шутить, умеет тонко подтрунивать над собой и другими.

Красива, но не заносчива. А ее улыбка… от ее улыбки у него возникает чувство, которому нет названия. Это и впрямь что-то новенькое.

Он хочет ее, но не так, как прочих женщин, с которыми знакомится где-нибудь в баре. Не для того, чтобы, как обычно, поболтать, выпить, закусить и лечь в постель – хотя, сколько он себя помнит, знакомства с женщинами неизменно проходят по этому сценарию. Других знакомств он не может себе позволить.

Нет времени. Он слишком занят работой – у него своя строительная компания, которую он вывел в лидеры строительного бизнеса в штате. А еще учеба в колледже. А еще четыре сестры, за которыми глаз да глаз, а иначе жди беды.

Но Николь заставила его хотеть большего, пробудила в нем любопытство, желание продолжить общение. Как-никак интересная женщина. А вдруг из их знакомства что-нибудь получится? Что-нибудь… легкое, без последствий. Непринужденные, но полноценные отношения.

Ненадолго. Но по-настоящему.

Ну и прочее. Гаррет привычно представил себе такое, отчего другой на его месте мог бы и покраснеть. Он представил себе ее рыжие кудри, разметавшиеся по подушке, которые он крутит в пальцах. Как он подминает под себя ее тело, как проникает в ее плоть… Странно, но эти похотливые мечты испарились, не успев полностью завладеть им. Потому что ему хотелось большего. И быстрее.

Николь отсмеялась, вздохнула, глядя на него темными глазами из-под угольных ресниц.

Ее взгляд не был ни игрив, ни расчетлив. Не был этот взгляд и откровенно соблазнительным – к таким он потерял интерес еще лет десять назад. Она смотрела на него задумчиво, созерцательно-вопросительно. И даже смущенно.

И будь он проклят, если ей это не к лицу. Все-таки она чертовски хороша, особенно когда так глядит.

Разговор отчего-то зашел о фильмах, снятых в Чикаго. Все стали наперегонки вспоминать названия, и Гаррет с готовностью включился в игру.