Осторожно: студенты! Неуклюжий и полторашка

Надо заканчивать, тем более, что водник здесь не помощник, резерв он исчерпал еще до ее появления. Шаг, уворачиваться от слабенького «Благословения» бессмысленно, так что она пропускает и эту атаку и правой рукой пробивает магическую маску на лице инквизитора-недоучки, одновременно оглушая его. Правая рука у нее слабее, как и у любого левши, но и этого хватает, просто за счет голого магического резерва.

Нос ощущает знакомый запах железа, в голове словно туман сгущается, кажется, она перетрудилась. Вернее, все еще банальнее, она слила значительную часть резерва впустую.

Мира разворачивается к неудачливому воднику, наконец-то рассматривая его внимательнее, а то рост – единственное, что она успела заметить до того, как взыграло обостренное чувство справедливости. Ну, или солидарности по отношению к такому же магу как и она.

– Итак, – она невольно сжала и разжала пальцы несколько раз, проверяя, обошлось ли без серьезных травм, а потом заметила университетскую нашивку с фамилией на куртке, – «Хасс А.

»… Александр? Угадала?

– Да, – парень поджал губы, поправляя ремень сумки так, чтобы фамилию не было видно. – А ты зря в это влезла, они злопамятные, ты еще и чужая здесь, у нас боевиков никогда не водилось.

– Ну, у меня память тоже долгая и недобрая, фамильная. Как и у всех Грозных, – она широко улыбнулась.

И потому легко спрятала удивление тем, что ее громкую фамилию не узнали. Зато за спиной отборно заматерились, заставляя Мирку еще сильнее засветиться от радости, есть толк от родительской славы.

– Говорящая фамилия, – ненадолго повисла неловкая тишина. – Я пойду?

– Я составлю компанию, – магичка уцепилась за рукав чуть выше локтя, не давая ему и шанса проскочить мимо. – Район заодно посмотрю. Ты же не против?

До Хасса быстро дошло, что даже если он и выскажет несогласие, эту буйную магичку с прекрасной фамилией его отказ не остановит. Проще было бы быстро пройти с ней до нужного поворота и там отвязаться. Чужая сила, жгучая и перцовая, как и у всех боевых магов, тревожила, оседала где-то в горле, вызывая фантомное першение.

А уж если подумать о том, как «весело» теперь будет добираться до универа, слухи-то быстро расходятся, то единственным светлым лучом становилась надежда на отсутствие дальнейших контактов с неожиданной «спасительницей».

– Да, ребятки, – развернулась она на выходе из тупика, – передайте привет отцу Федору, скажите, что Оксана Георгиевна к нему заглянет на днях.