Осторожно: студенты! Неуклюжий и полторашка

Наверное, ее бы даже появление в аудитории “чертей рогатых”, которыми – совершенно справедливо, надо признать – называла Миру и ее тогдашнюю компанию ее бабушка. Старшая родственница много времени посвятила изучению культуры Нулевого уровня, так что странные выражения в ее речи всплывали регулярно. А изображения этих самых чертей Грозная-самая-младшая нашла в справочнике тем же вечером.

Так что в ответ она просто пожала плечами: да никак не относится, по личным качествам. Антон явно ожидал чего-то более радикального по настроению:

– Ладно, зайдем с другой стороны…

– Ты же не хочешь сказать, что причина только в этом? Тогда и от Смирнецкой надо шарахаться в сторону.

– Она же…

– От нее смердит ладаном, Антон! – тут она немного утрировала, но запах ладана, присущий инквизитор, в случае с их старостой и вправду приобретал какие-то тошнотворные нотки. – Тебе явно нужно проверить обоняние, если ты нихера не чувствуешь!

– В любом случае, у нее нет родственников в заповеднике.

В человеческой его части.

В человеческой части заповедника сидели нестабильные маги, а также особо отличившиеся, выселение в это примечательное место было аналогом смертной казни, которую запретили пару тысячелетий назад. Под влиянием пришлых, мол, не гуманно. Хотя кто бы о гуманности рассуждал, коренные местные жители еще неплохо помнят, что творили пришлые.

– Уверен, что нет? То, что мы о них не знаем – еще не означает, что таких не имеется.

Так что не вижу причины относиться к человеку как к мудаку, пока он себя так не повел.

– Ты б выражения-то в людных местах подбирала, – парень хмыкнул в стакан.

– А подходящей эмоциональной окраски “приличного” слова я не знаю. Ну, или с ходу вот так вспомнить не могу. Давай уже, вываливай свои слухи, я ж вижу, что тебя прямо распирает. Что там за родственник у Хасса в заповеднике?

Полевой – Мира все-таки рассмотрела нашивку у Антона – оскалился счастливым крокодилом и как-то потянулся, повел плечами, словно разминаясь.

Глаза засверкали еще ярче, даже тон голоса как-то поменялся, заставляя девушку подобраться в напряжении. Отдавало это все чем-то потусторонним, пугающим. Такой заболтает – и не заметишь. “Делить минимум на два”, напомнилаа себе Грозная.

Но стоило признать, родственник оказался примечательным хотя бы потому, что проходил по очень громкому случаю буквально этой весной.