Осторожно: студенты! Неуклюжий и полторашка

Или все еще проще? Для травли в коллективе ведь, на самом деле, не нужна какая-то весомая причина, люди иногда ненавидят друг друга просто за то, что дышат. И если на Нулевом говорят, что дети жестоки, то молодые маги могут быть жестокими вдвойне, тем более, что возможностей причинять неприятности у них побольше будет. Хотя таким даже инквизиторы страдали, что уж тут. Так что Мира каждый раз мысленно благодарила родителей и вообще семью за то, что ее воспитывали весьма, скажем так, качественно. Иначе страшно представить, что она творила бы.

Но даже думать о таком было противно.

Но вот выговориться после такого дня было необходимо.

*

– Ма? – Мира осторожно заглянула в гостиную. – Всё хорошо?

Оксана махнула рукой с зажатой в ней книгой, мол, не о чем беспокоиться. Женщина дочитала страницу и отложила роман в сторону, медленно вытягиваясь в струну. Её дочь осторожно прошла в комнату и легла рядом, бездумным взглядом рассматривая потолок.

– Что-то случилось?

– С чего ты взяла?

– Ты молчишь и сопишь.

Не интересуешься делами, не возмущаешься чьими-то поступками. Ты просто легла и сложила лапки.

– Мне кажется, я совсем не понимаю людей, – вздохнула Мира, продолжая сверлить взглядом люстру. – Вот смотри. Помнишь того стихийника, однокурсника моего?

– Младший брат отравителя из заповедника, да, – Оксана снова взяла в руки книгу, продолжая слушать дочь. – Что с ним не так? Вроде бы не привлекался, все чисто.

– Меня сегодня очень старались убедить, что новенькой лучше не общаться с ним.

Настолько старались, что попытались залезть в мозги. Вроде бы не получилось, но… осадочек остался, – под пристальным взглядом Мирослава закончила. – Вопросов, собственно, два: что это такое было и нужно ли мне переживать за свою голову.

Грозная-старшая плавно села, рассматривая единственного ребенка. Осадочек явно остался весьма горький, об этом четко говорили поджатые губы. Женщина невольно улыбнулась: пусть дочь и была уже достаточно взрослой, да и во многом из-за их работы понимала, что мир отнюдь не сказочно-прекрасен, а люди могут быть и неразборчивыми в средствах, и не слишком добрыми, но всё же она оставалась достаточно наивной, чтобы по умолчанию думать о незнакомцах хорошо.

А разочаровываться всегда больно. Оксана притянула дочь ближе к себе, осторожно гладя по напряженной спине.

Но голову все-таки нужно будет проверить, и в идеале – сегодня. Мало ли, что осталось.