Наемник

– Еще не решила, – сказала мадам Гутиерос и, взглянув в глаза своего любовника, добавила: – Я еще не решила, кого убить первым, его или тебя…

– Что за шутки, Солейн. За что меня убивать?

Мадам Гутиерос с минуту молчала, чтобы Ханн помучился.

– Вчера я говорила с Люцией, – сказала она наконец. – Она рассказала мне, как ты ее лапал.

– Я?! Люцию?! Это бред!

– Когда вы смотрели салют…

– Но она сама попросила приподнять ее! Ей не было видно, и я…

– И ты дал волю рукам. Она молчала, потому что хотела проверить, как далеко ты зайдешь, – голос Солейн стал жестче, – и ты зашел слишком далеко…

16

Ремонтники трудились быстро и сноровисто.

Стекла были вставлены, разбитая черепица заменена, оставалось заделать повреждения на фасаде и внутри дома, да еще заменить входную дверь и перила.

В доме зазвонил телефон, но Клаус его не слышал. Он сидел во дворе на стуле и, глядя на дом, прикидывал, стоит ли устраивать какую-нибудь перепланировку или лучше оставить все как есть.

– Сэр, вас к телефону, – сказал один из рабочих, трудившийся внутри дома.

Клаус вошел в гостиную и взял трубку.

– Клаус, что у тебя произошло?! Ты в порядке?! – послышался взволнованный голос Габи. – В газетах пишут какие-то кошмарные вещи!

– Все нормально, сестренка. Я жив и здоров и сейчас занимаюсь ремонтом дома.

– Так ты действительно убил этих людей?

– Ну да.

– Из… отцовского ружья?

– Ну, допустим.

– Как ты мог, Клаус? Двенадцать человек!

– Постой, но ведь они избили твоего мужа. Разве не так?

– Но я не собиралась их за это убивать! Нельзя опускаться до уровня этих зверей, Клаус! Как ты не по…

Ландер не стал слушать дальше. Крики Габи ему надоели, и он положил трубку.

С канала послышался шум подходившего судна, Клаус выглянул в окно. Шикарный катер сбросил обороты и красиво притерся к пристани.

На палубе появились три человека.

Клаус вышел встретить гостя на крыльцо.

Незнакомец улыбнулся и, пригладив волосы, протянул руку для рукопожатия.

– Здравствуйте, мистер Ландер. Рад видеть вас в добром здравии.

– Извините, что-то я вас не припоминаю, – сказал Клаус, отвечая на рукопожатие.

– Это неудивительно – мы не знакомы. – Гость улыбнулся еще раз и представился: – Зико Торичелли.