Представитель

Майк вспомнил Герхарда Баварски, которого наверняка убил Лозмар. А еще он вспомнил, как накануне старик говорил о грядущей гибели фермы.

«Вот я и остался один», – подумал Майк и тяжело вздохнул. Совсем не так он представлял себе свободу, о которой столько мечтал.

В последний раз взглянув на дым, он дернул поводья, и лахман зашагал дальше – в глубь соляных долин, к островам, которые, по мнению Майка, должны были находиться где-то там, впереди.

Глава 9

Спустилась ночь, и на небе зажглись звезды.

Темнота принесла успокоение, Майк, смирившись с судьбой, мерно покачивался в седле. Он даже не заметил, что лахман подошел к острову, и, только когда тот начал взбираться вверх по склону, наездник наконец разлепил глаза и понял, что они достигли земли.

Пройдя еще с полсотни метров, лахман остановился и стал щипать на кочках траву. Решив, что животное устало и больше не попытается сбежать, Майк спустился на землю.

Он попытался сделать шаг и схватился за лахмана, чтобы не упасть, – ноги совсем одеревенели и казались чужими.

Кое-как добравшись до возвышенности и подтащив за собой лахмана, Майк снял с него уздечку и спутал ею ноги скакуна. Затем привалился к небольшому корявому кустику и, прижав к груди винтовку, заснул.

Никогда еще Майк не спал так крепко. Переживания последних суток вереницей смутных образов проносились перед ним. Выстрелы, крики карабкавшихся через забор бандитов и уносящаяся по пыльной дороге повозка, перегруженная детьми и голосящими женщинами.

Наконец, израсходовав весь запас кошмаров, утомленное сознание успокоилось, и Майк погрузился в полноценный целительный сон. Однако длился он недолго, потому что Майка больно ткнули в плечо.

– Вставай, крысенок! Ты попался! – проскрежетал кто-то над его ухом.

Майк открыл глаза и, щурясь от солнца, увидел вооруженных людей, стоявших полукругом. Один из них держал за стремя спутанного лахмана, который за ночь наелся травы и выглядел бодро.

– Вставай или получишь по ребрам! – снова прикрикнули на Майка, и он спешно поднялся.

– Давай вперед и не оглядывайся, – потребовал небритый субъект, голова которого была замотана цветастой тряпкой. Майк покорно пошел по узкой тропе, которую ночью он просто не заметил.

«Ну все, пропал, – подавленно размышлял он, – теперь я точно пропал. Лозмар разрежет меня на куски».

От таких мыслей Майк окончательно проснулся.