Оставь мне музыку!

– Очень жаль, ? покачав головой, заметил официант, после чего набрал заказ на своём айпи и, поклонившись, отправился к другому столику.

– Это всё из-за тебя! ? процедил Эри, бросив на Юи злобный взгляд.

– Примите мои искренние извинения, Эри-сама, ? ответила она, но её слова никак не повлияли на него.

Он всё ещё пылал от гнева, и Вирджин, желая спасти их шаткое положение, впервые начала беседу:

– Эри-сама, вы любите мороженое?

От её вопроса Эри тут же ожил, мгновенно переключившись с неприятных мыслей.

– Ещё бы! Здесь подают самое лучшее! ? с восторгом ответил он. ? Тебе тоже понравится, оно очень вкусное!

– Охотно верю! ? с улыбкой, которая мгновением позже сползла с её лица, произнесла Вирджин. ? И всё же, прошу, Эри-сама, только не обижайтесь на меня, но вы напрасно заказали мне ваш любимый «Замок», боюсь, я не смогу его попробовать.

– По-почему? ? раздосадовано спросил Эри, и в его голосе чувствовалось напряжение, готовящееся перерасти в очередной гневный взрыв. ? Ты что, больна?

– Нет, Эри-сама, я совершенно здорова, ? призналась Вирджин, ? но мне необходимо беречь своё горло.

У меня всего через неделю выступлением на фестивале.

– Фестивале? ? удивлённо переспросил Эри. ? Ты что, будешь петь во время «Айм»?

– Нет, Эри-сама, я буду играть на флейте, ? поправила Вирджин.

– Че-е-го-о?! ? растягивая гласные, воскликнул Эри и тут же расхохотался: ? Что за глупость! Какой ещё флейте?

Вирджин почувствовала себя глубоко уязвлённой: насмешка Эри сильно её задела.

Поджав губы, она с трудом выдавила из себя нечто довольно любезное:

– Вы что-то имеете против?

– Против? Даже не знаю, ? иронично продолжил Эри. ? Это самое нелепое, что мне приходилось слышать! Разве омэйю можно покорить таким странным способом?

– А вы считаете, что только пение привлечет внимание?

– Ну, если ты хочешь, чтобы омэйю тебя не просто заметили, но и захотели взять к себе, разве не стоит ублажить его слух приятным голосом? ? снисходительно разъяснил Эри, чем ещё больше разозлил Вирджин:

– А у флейты, по-вашему, неприятный голос?

– Ну это ж просто дудка!

Такое оскорбление оказалось самым болезненным.

Вирджин готова была вскочить с места, но от опрометчивого шага её удержало появление официанта, принесшего заказ. Две большие креманки с возвышающимися горками мороженого щедро политого кроваво-красным сиропом заняли почётное место во главе стола, и едва ощутимый холод, исходящий от них, вмиг остудил всю горячность.