Рекс

 – Я говорю, а ты меня не слышишь, Поль! Я говорю сейчас о нашем бизнесе, понимаешь? О новых перспективах, а ты мне выдаешь какие-то передовицы из желтых газетенок десятилетней давности!

Гарсель поднял руки, показывая, что признает свою вину. Действительно, чего он прицепился к этому Камерону? Что было, то было, а теперь на этом монстре он может заработать неплохие деньги. Когда-то ему пришлось переезжать с места на место и менять квартиры, чтобы не попасться людям Камерона, а теперь они практически по одну сторону… этой, как ее… баррикады.

Ну разве неудивительно?

7

Великодушный Брюс дал Гарселю время, чтобы прийти в себя и вспомнить, зачем они сюда пришли.

– Прошу прощения, Брюс, просто меня немного повело.

– Ты проанализируй это свое «повело», Поль, чтобы оно не повторялось. Я всегда в тебя верил и полагал, что мы говорим на одном языке.

– Я проанализировал, Брюс. Просто взбрыкнул из-за того, что меня не пустили через оцепление.

– Вот! – произнес Брюс, со значением поднимая к потолку указательный палец.

 – Хвалю за честность и понимаю. Мне бы это тоже не понравилось, но оставим пустые амбиции и вернемся к нашим делам. Подойди сюда, Поль.

Гарсель подошел к контейнеру, возле которого стоял Брюс, и стал ждать пояснений.

– Короче, так. Здесь первый действующий экземпляр. В других контейнерах пока пусто, просто мы держим здесь тару, чтобы соблюсти режим секретности. Разумеется, болтать об этом не следует, но тебе напоминать об этом не нужно…

– Не нужно, – заверил Гарсель.

В словах Брюса ему послышались нотки недоверия.

– Ну, тогда поднимаем крышку.

Они открыли захваты, а затем, взявшись за ручки, подняли основную крышку и зафиксировали на держателе. Под ней оказалось затемненное термоскопическое стекло и три пары перчаток в упаковке.

– Надеваем, – сказал Брюс, и они надели перчатки.

– Готов? – спросил Брюс.

– Готов, – ответил Гарсель, хватаясь за нейлоновый тросик.

– Поднимаем…

Они подняли стеклянную перегородку, в контейнере включилось изотермное освещение.

– Вот это да-а-а… – произнес Гарсель, разом забывая про все свои тревоги. – Вот это фактура, а?

– Как живой, правда?

– Не то слово, приятель. Это же высший класс, это совершенно другие цены!

– И комиссионные, – усмехнувшись, добавил Брюс.

– А сколько компания платит за эту красоту?

– Цены пока не установлены, но пусть тебя это не беспокоит. Первый экземпляр мы продадим как модель предыдущего поколения.