Рекс

Лишь когда последний часовой у бронированных створок остался позади, он, наконец, перевел дух и, поглядев в зеркало на генерала, сказал:

– Они как выскочили, ваше превосходительство, так я прямо обмер! Подумал – ну все, с генералом покончили и за водилой пришли!

– Чего ты мелешь, кто куда выскочил? – недовольно спросил Роджерс и, сняв с языка соринку, отбросил в сторону. – Ну почему коньяк из Бамберга всегда с крошками табака, а? Как ты думаешь, капрал?

– Должно, они его на табаке настаивают, ваше превосходительство.

– Ну дурак ты, капрал, как есть дурак. Коньяк на табаке не настаивают! Коньяк – это целиком понятие фруктовое…

– Мне про то неведомо, ваше превосходительство, при моем жалованье коньяк вреден.

– А что же ты пьешь?

– Пиво.

– Ну, пока молодой, можно и в нужник побегать, а мне следует сидеть на месте и силы зря не расходовать. Тем более теперь, когда мы отбились от всех этих негодяев. А ты заладил свое – выскочили да выскочили.

– Волки Камерона. Как зыркнули на меня, а потом прыгнули в черный «бренин» и унеслись куда-то с глаз долой. И куда они поехали на ночь глядя, ваше превосходительство?

– Да куда угодно! Они свою работу только по ночам и делают. Но это уже не про нас. Ты смотри на дорогу-то, а то тут недолго и в овраг свалиться.

Прикончив коньяк, генерал, чтобы унять не отпускавшее его волнение, взялся за яблочную водку, потом за виноградную.

Мимо проносились растопыренные кусты, изломанные линии склонов грозили внезапной лавиной или точным выстрелом из засады.

– Эх, кабы столько денег, жил бы на берегу теплого моря! А этот, ваше превосходительство, заперся в какие-то пещеры, честное слово. Здесь даже птиц не бывает, только мыши летучие. Я, пока вас ждал, так сотню их насчитал, так и стригли над самой машиной…

– Ты вот что, капрал, ты меня сейчас куда везешь? – спросил генерал, которого уже слегка развезло.

– На квартиру, ваше превосходительство.

– Не надо на квартиру, вези сразу к друзьям.

– А если они вернутся, ваше превосходительство? А вы в прошлый раз вазу дорогую разбили, да еще картину сорвали со стены вместе с гвоздем. Как бы к ответу не призвали.

– Дурак ты, братец! – воскликнул опьяневший генерал, теряя остатки осторожности.