Рекс

Они наш дом охраняют».

«Ах да, я забыл, что ты у нас мажор… Горничные, охранники, все дела…»

«Хватит, Плунжер, не отвлекайся. У охранников могут быть такие шокеры?»

«Думаю, да».

«Ну а что с ним потом делать, с этим шокером?»

«Я думал, ты догадаешься. Нужно зарядить его до упора, а потом разрядить в робота, куда ты магнит прикладывал».

«А он не взорвется?»

«Шокер? Нет, он на это рассчитан».

«Я про робота…»

«Трудно сказать, Мститель, но ведь ты хотел разрушить его, правильно?»

«Правильно, я и собаку на него спускал.

«Это вряд ли. Ну, максимум электролит какой-нибудь вытечет. Но хорошо, что ты об этом заранее задумался, есть смысл приготовить защитные очки и комбинезон какой-нибудь».

«Спасибо за совет, Плунжер, начну действовать прямо сейчас».

«Удачи, Мститель. Жду твоих отчетов».

30

Через полчаса Тилли спустилась во двор и принялась бродить там с видом скучающей знаменитости. Она смотрела по сторонам, складывала руки на груди, убирала их за спину, и все это время тщательно оценивала охранников, которых можно было увидеть со двора.

Вот Гурди. Ему, наверное, лет сорок, старый уже. И смотрит всегда строго, как папа. Вряд ли получится договориться с ним, он небось и своих детей в строгости держит. Не подходит, нужен другой.

А вот Ливлит. Он помоложе, но очень боится папы. В смысле – мистера Юргенсона. Однажды Тилли видела, как у Ливлита дрожали руки и дергалась голова, когда папа назвал его «рыжим ослом».

Тилли повернулась в сторону Гамлета. Тот был черноволос, с густыми бровями и чем-то напоминал мистера Бурфитса, учителя естествознания в пансионате. Однако Бурфитс был человеком ровным и спокойным, а Гамлету очень нравилась мама – миссис Юргенсон. Когда он ее видел, то замирал, словно у него где-то внутри отключали электричество, и переставал жевать резинку, хотя в любое другое время двигал челюстями не переставая.

Одним словом, по совокупности причин Гамлет тоже не годился, и то, что он был похож на мистера Бурфитса, в глазах Тилли выглядело немалым минусом.

Оставался только Казлиц. Он был относительно молод и белобрыс. Постоянно притопывал, подергивал головой и шевелил губами, как будто подпевал неслышной мелодии. Правда, при появлении папы стоял не двигаясь и выглядел, как обычный охранник, но стоило папе уехать, как Казлиц снова приходил в движение.